Книга Скажи, что простишь, страница 44 – Маргарита Дюжева

— Давай без пошлых подробностей.

— Я просто пытаюсь объяснить.

— И мне должно стать легче от твоих объяснений? Я должна умилиться, сложить лапки домиком и пустить восторженную слезу, типа, как хорошо, что все это время ты вспоминал обо мне?

— Да нет же! — он измученно запрокидывает голову на спинку дивана, — нет. Я лишь хочу донести, что никто из них ничего не значил для меня.

— Оу, — хмыкаю, — ну это совсем другое дело. Так бы сразу и сказал.

— Лен, — выдыхает устало, — ты меня не понимаешь…

— Почему же, Малов? Прекрасно понимаю. Ты хочешь, чтобы я обо всем забыла, потому что эти девки были просто заменителями, суррогатами, с которыми ты коротал время, пока зализывал душевные раны.

— Типа того, — сконфуженно трет бровь.

— Без проблем, забыли, — произношу с наигранной веселостью, — ты ведь тоже не в обиде, что я с Мироном встречалась? Конечно, не раз и не два, как ты со своими кралями, а пару месяцев, а точнее почти четыре. Даже пожили немного вместе…ладно хоть замуж за него не успела выскочить. Но, как говорится, кто-то количеством берет, а кто-то качеством. Здорово, да?

Ни фига не здорово. Стоило только заговорить про Мирона, и Егор превратился в каменную глыбу.

— Но ты не переживай. Он тоже ничего для меня не значил. Просто заменитель, подсластитель обиды, — я намеренно пытаюсь уколоть его побольнее. Мне хочется, чтобы Егор хотя бы отдаленно почувствовал то, что кипит у меня внутри.

С тихим рычанием он зарывается носом в мои волосы.

— Я хочу его убить.

— А я мечтаю насадить на кол каждую из твоих девок. И что будем с этим делать?

— Что делать? — угрюмо переспрашивает он, потом набирает полные легкие воздуха, выдыхает и сам отвечает на вопрос, — жить дальше. Мне все равно, кто у тебя был, и как долго. Ты моя, и я тебя больше никому не отдам. Я тебя люблю, а все остальное не имеет значения.

У меня екает с левой стороны грудной клетки.

— А раньше не любил, получается? Раз так легко поверил чужим проискам.

— Любил всегда, но только сейчас понял, что за любовь надо бороться до конца, — чувствую, как касается губами волос, — прости меня, Лен, за все. Я очень виноват перед тобой.

* * *

После его слов силы окончательно меня покидают. Я устало закрываю глаза:

— Не жди ответных признаний.

— Я не жду, — невесело усмехается он.

— Вот и молодец.

— Мне бы хватило обещания, что ты просто подумаешь о прощении.

— Никаких обещаний.

Хватит уже, обещали и клялись, когда женились, а фигли толку? Как два дурака, позволили каким-то сволочам вмешаться в нашу жизнь и развести по разным сторонам.

— Что мне сделать, чтобы ты поменяла свое решение?

Малов звучит так серьезно, что у меня щемит чуть ниже пупка:

— Что сделать? — глухо переспрашиваю у него, — найти того козла, или козу, по чьей вине все это случилось и переломать ноги.

— И тогда пойдешь со мной на свидание?

Я опешила:

— Свидание?

— Конечно. Мы же, считай, все заново с тобой начинаем.

— Ничего мы не начинаем! — возмущаюсь, а у самой так сладенько под коленями екает, что мурашки по коже.

— Начнем, — упрямится Егор, — я теперь от тебя не отстану.

— Да на фиг ты мне такой потрепанный сдался?

Грубовато, ну так и я не принцесса. Тем более обида еще не полностью трансформировалась в желание убивать виноватых, и по-прежнему кипит у меня в груди.