Онлайн книга «Привет! Я вернулся»
|
Что это было вообще? Две рюмки коньяка — не причина так слетать с тормозов! Это была дикая, страстная, совершенно безумная ночь. Ночь, после которой все мое тело ныло, а душа… она как будто родилась заново. Что-то похожее я испытала пять лет назад. Я тогда изменилась после встречи с Матвеем. И сейчас тоже. Коньяк не помог мне избавиться от хандры. А секс с Матвеем — да. И пусть на следующее утро мне было стыдно и неловко… Мне уже не хотелось сидеть в уголочке и плакать. Этой ночью я как будто поставила точку в неудавшейся семейной жизни. Паша ушел от меня. Он не захотел бороться и добровольно уступил меня Матвею. Как будто я какая-то вещь! Нет, я не вещь. И с Матвеем у нас больше ничего не будет. Лекарство принимают во время болезни. А я выздоровела. Я теперь одна. Я не одинока, а свободна! И мне нравится это новое ощущение… * * * — Платье — просто смерть, — выдал Матвей, когда мы с мамой и Ваней подошли к лимузину. — Смерть? — я удивленно приподняла бровь. — Смерть моему благоразумию, — буркнул он. Да это обычное вечернее платье! Даже не слишком открытое. И совсем не облегающее. Просто приталенное. Но Матвей смотрит так, как будто я голая. Он теперь все время на меня так смотрит. Поэтому при его приближении мне хочется закутаться во что-нибудь плотное и непроницаемое. Но сегодня свадьба, я не могла прийти в толстом свитере и свободных джинсах. Смотрит? Ну и пусть смотрит. Пусть облизывается. Ничего не будет. Я, честно говоря, вообще не рада, что Матвея позвали на это чисто семейное мероприятие. Это все Цезарь Юрьевич… Я не рада, зато Ваня счастлив. В лимузине он сразу садится рядом с Матвеем, тот его обнимает, смотрит на принаряженного Ванечку с гордостью и любовью… И я в очередной раз поражаюсь тому, насколько они похожи. Ваня — от горшка два вершка, но уже умеет элегантно и по-пижонски небрежно носить костюм! Который они купили с папой в детском магазине, а потом еще подогнали в ателье. Мама и Цезарь Юрьевич мило воркуют. Матвей наливает всем шампанского. Ваня получает бокал лимонада. Мы чокаемся. Матвей выдает: — За любовь, пронесенную сквозь годы! И многозначительно смотрит на меня. Капитан пытается поцеловать маму. Она восклицает: — Помада! Он целует ее руку. Они оба такие трогательные сегодня! Мама в романтическом платье нежного абрикосового цвета, капитан — в светлом костюме. Фотографии будут великолепны. — Что там с фотографом? — спрашиваю я Матвея. — Ждет нас у загса. Я только что с ним связывался. Не переживай, все пройдет на высшем уровне. Это так странно и непривычно! Матвей позаботился абсолютно обо всем, от ресторана до билетов на самолет — новобрачные проведут медовый месяц в Питере. Путевку им тоже подарил Матвей. Я знаю: если бы не он, этим всем бы занималась я. Бегала бы, суетилась, волновалась. А сейчас я просто наслаждаюсь праздником и ни о чем не думаю. Это новый для меня опыт… Церемония получилась очень красивой. Новобрачные заметно волновались, но при этом светились счастьем. Их “Да” звучало уверенно и торжественно. А, когда была произнесена фраза: “Жених может поцеловать невесту”, Цезарь Юрьевич, наплевав на помаду, запечатлел на маминых губах исторический поцелуй. Под вспышки фотоаппарата и наши аплодисменты. Мы праздновали на террасе ресторана, где кроме нас и музыкантов, наигрывающих романтические мелодии, никого не было. Об этом тоже позаботился Матвей. |