Книга Привет! Я вернулся, страница 124 – Лина Филимонова

— Может, нужно немного подождать? Чтобы он крепче уснул. Я бы не отказался от чая.

Я заварила мятный чай. Нам обоим не помешает успокоиться.

Мы сели за стол. Пили ароматный напиток, разговаривали о Ване. Я вспоминала все детские болезни, которые он перенес. Их было не так много, но я всегда страшно нервничала. Я поделилась с Матвеем своей теорией о том, как важно сохранять позитив, когда ребенок болен.

— Ты такая хорошая мама! — вдруг произнес он. — Ване очень повезло.

— Я обычная.

— И почему ты всегда споришь, когда тебя хвалят? — воскликнул он.

Я смутилась.

— А помнишь, как пять лет назад… — начал Матвей.

— Не надо.

— Я просто хотел сказать… Ведь все к лучшему. Несмотря ни на что. У нас теперь есть сын. И все плохое позади.

Эти слова прозвучали так обыденно. И так обнадеживающе…

* * *

Утром я проснулась от щекотки.

Разлепила глаза, увидела рядом сонного хихикающего Ванечку. И… Матвея!

Мы все лежали на кровати. Ваня — посередине. Мы с Матвеем — по бокам. Неужели мы так и уснули вчера?

Я помню, как Матвей перенес сына в мою спальню. Тот проснулся, захныкал. Я села рядом, начала напевать колыбельную. Матвей мне подпевал.

Потом я положила голову на подушку… И проснулась только утром!

— Доброе утро, — сиял улыбкой Матвей.

— Мама — засоня, — рассмеялся Ванечка. — Спит дольше всех.

— А вы уже давно проснулись?

— Минут пять назад, — сообщил Матвей.

А Ваня посмотрел на него внимательно и спросил:

— Ты теперь всегда будешь у нас спать?

Настя

Время летит незаметно.

Прошло еще два месяца. Жизнь вошла в размеренную колею. Матвей приходит чуть ли не каждый вечер — когда он в городе. И нет, он не остается у нас ночевать, как бы ему этого ни хотелось.

Потому что я к этому не готова.

Я работаю на полставки. Вожу Ваню в садик на полдня, а потом мы с ним ходим по всяким развивающим кружкам и секциям. Раньше у меня на это не было времени. И, честно говоря, денег. Все это не так уж дешево!

Но Матвей настоял. Его поддержали моя мама, Вика, Цезарь Юрьевич. И даже Пал Степаныч особо не возмущался.

— Я, конечно, как начальник, не рад, что мой лучший специалист будет работать меньше. Но как старший товарищ, я говорю: немного расслабиться будет для тебя очень полезно. Последние пять лет были непростыми…

Матвея знает весь город: он развил бурную деятельность, постоянно появляется на официальных мероприятиях и мелькаем в местных СМИ. И то, что он отец моего ребенка, ни для кого уже не секрет. К тому же он прошел официальную процедуру установления отцовства, и теперь Ваня вписан в его паспорт.

Я получила новое свидетельство о рождении, где в графе “отец” вместо печального черного прочерка, который стоял ранее, написано: Морозов Матвей Михайлович.

Когда все документы были готовы, Матвей закатил вечеринку. Но я на нее не пошла. А Ванечка пошел — с моей мамой и Цезарем Юрьевичем.

А я… не знаю. Кажется, я просто испугалась.

По намекам моей мамы я догадалась, что Матвей собирается сделать мне предложение. При всем скоплении народа.

Но я не готова! Я не хочу! Я… я просто не знаю, как быть.

Вроде бы, все хорошо. Но я чувствую какое-то внутреннее смятение и неуверенность. Что-то мешает мне принять Матвея. Даже несмотря на ту безумную ночь, которая показала, что мне с ним по-прежнему хорошо. Да что там хорошо — просто офигенно!