Книга Босс с прицепом, страница 35 – Лина Филимонова

Я быстро спрыгиваю с “острова”. Вернее, пытаюсь спрыгнуть. Арсений Маньякович мне не дает. И даже присутствие Максимки не мешает ему снова схватить меня за талию.

— Остророжнее, Виктория! Тут осколки.

Максимка то ли с удивлением, то ли с подозрением разглядывает нас обоих.

— Это я разбила, - говорю я ему.

— Ты тоже бьешь посуду? - радуется он.

— Обычно нет, - отвечаю я. - Ты, пожалуйста, не заходи на кухню, пока я все не уберу.

Я все же вырываюсь из цепких рук своего босса. Спускаюсь на пол. И достаю из шкафчика веник и совок.

Заметаю осколки. Шеф в это время стоит посреди кухни. Не знаю, куда он смотрит. Я на него не смотрю.

— Значит, вы любите бить посуду… - задумчиво произносит он.

— Нет!

— Руки дрожат после вчерашнего? - выдвигает он новое предположение.

— Вы же меня проверили на промилле, - не могу удержаться я. - Ну и скажите теперь, сколько алкоголя в моей крови!

— Я не успел определить.. Только начал…

— Уж не собираетесь ли вы продолжить? - злюсь я.

Не знаю, на кого сильнее. На него или на себя.

— Я всегда завершаю начатое.

— Серьезно? Что за… Что это было вообще? Домогательство на рабочем месте?

— Вот и я думаю, что это похоже на домогательство, - задумчиво произносит босс, глядя на меня.

Я теряюсь. Не знаю, что сказать. Не ожидала, что он со мной согласится…

А он продолжает:

— Вы напали на меня с кофе. Облили. Облапали. Предложили снять рубашку. Точно, это похоже на домогательство.

— Вы… Я…, - захлебываюсь я в словах.

Как он мог так все вывернуть? Меня просто разрывает от возмущения!

— Я вас сейчас убью! - вырывается у меня.

И я взмахиваю веником. Мне правда очень-очень хочется его пристукнуть.

— Виктория… - его глаза расширяются от удивления.

Что, никто и никогда не бил тебя веником? Получай!

Как он… Как вообще можно быть таким козлом? Обвинять меня…

Я луплю его веником по чему попало. Он уворачивается. Но мне все равно удается нанести несколько неплохих ударов.

— Виктория!

— Я, значит, на вас напала… Вот теперь да!

Он перехватывает веник.

Мы стоим друг напротив друга. Тяжело дышим. Одной рукой вдвоем держимся за веник, другой он держит меня за запястье.

— Что это вы делаете? - раздается голос Максимки.

Черт. Что он успел увидеть?

— Ничего. Я разбила чашку. Подметаю.

— А почему веник наверху?

— Тут муха пролетала. Лисичка попыталась прихлопнуть ее веником, а я ей помогал, - находит объяснение Арсений Маньякович.

Он отпускает мои руки. Достает из кармана брюк телефон. Смотрит на экран. И произносит крайне деловым тоном:

— Мне пора на работу. Увидимся в обед. Виктория, застирайте, пожалуйста, мою рубашку.

— Я вам не горничная! - только и успеваю я пробормотать ему вслед.

* * *

— Да не волнуйтесь вы, - произносит босс, когда мы выходим из машины возле больницы.

Мы оба делаем вид, что утром ничего не случилось. Если честно, я плохо помню, что именно тогда произошло. Его губы коснулись моих… Это было? Кажется, да. Или нет…

— Я не волнуюсь! - огрызаюсь я.

— А зачем нижнюю губу кусаете?

— Моя губа. Хочу и кусаю. Может, в контракт внесете пункт о запрете на кусание моей нижней губы?

Он смотрит на меня. Вернее, на мои губы. Мне становится жарко. Потому что взгляд у него не замороженный. А совсем наоборот.

Чтобы отвлечься, я начинаю говорить о садике.