Книга Ромашка с шипами, страница 22 – Лина Филимонова

Так что там с Артуром? Почему он до сих пор не выходит из спальни?

Ах, да! Он же смертельно устал. Я помню: рисковые сделки, нервы, бессонные ночи. Бедняга. Работает на износ. И никто о нем не заботится…

Меня вдруг осенило: я же могу приготовить ему обед! Поражу его своими кулинарными талантами. Я хорошо готовлю. Научилась еще лет в пятнадцать, пытаясь быть взрослой.

В холодильнике я нашла свои любимые кабачки, из которых можно приготовить пятьдесят разных блюд, и все будут вкусными. Обнаружила куриную грудку, пармезан, разную зелень… Достаточно для вкусного и полезного обеда.

И все же, все то время, пока я натирала на терке кабачки, пассеровала лук и резала грудку тонкими полосками, меня мучила то ли тревога, то ли любопытство.

Я не выдержала, бросила приготовление обеда и пошла к двери спальни Артура.

Сначала деликатно постучала. Тишина. Потом поскреблась, как кошка. Никой реакции. Я забарабанила в дверь сильнее. Еще сильнее. Разве можно от такого грохота не проснуться?

Решившись, я нажала на ручку и приоткрыла дверь. Всунув в образовавшуюся щель нос и заглянув одним глазком, я увидела Артура.

Он лежал на спине, разметавшись по кровати. Одеяло с него почти сползло, обнажив широкую мускулистую грудь и сильные руки.

Вау.

Я сама не заметила, как оказалась внутри. И, не чувствуя под собой ног, с колотящимся сердцем, подошла к его кровати. Дышит? Дышит.

Уф.

Вот бы лечь рядом! Положить голову на его плечо. И почувствовать, как он меня обнимает этой самой сильной рукой…

Я тряхнула головой, чтобы отогнать навязчивые мысли.

Я зашла просто убедиться, что с Артуром все в порядке! А не чтобы предаваться запретным грезам, любуясь его бицепсами, трицепсами, помятой щекой и необыкновенно длинными ресницами.

Ой.

Кажется, он просыпается.

Я хотела убежать, но ноги как будто приросли к полу…

Артур

— Чем сегодня займешься? — спрашиваю я Еву, когда мы заканчиваем наш долгий обед.

Я не хотел задавать этот вопрос. И что либо предлагать тоже не хотел. Я решил, что это плохая затея — звать ее с собой на велопрогулку.

Но мой язык, похоже, решил иначе. Он начал этот разговор помимо моей воли! Никогда раньше части моего тела не бунтовали против меня. Это что-то новенькое…

— Не знаю, — отвечает Ева.

И при этом хитро на меня поглядывает.

— Я иду кататься на велике, — сообщает мой взбунтовавшийся язык.

— Круто! Я бы тоже хотела. Можно же прокатиться по набережной? Там так красиво!

— Можно, — отвечаю я. — Тут рядом парк…

— Когда выходим? — Ева вскакивает со стула.

— Я тут все уберу и пойдем.

— Ты уберешь?

Ева таращится на меня с неподдельным удивлением.

— Ну да. Ты готовила, я мою посуду. То есть, моет посудомойка, а я ее загружу.

— Вау, — мечтательно выдыхает Ева. — Ты такой… хороший. Просто идеальный мужчина!

Я внезапно смущаюсь и даже, кажется, слегка краснею. Как девица на выданье, блин.

Да что за хрень со мной творится?

Ева убегает к себе. Минут через пять возвращается. Расстроенная.

— Слушай, у меня же нет спортивной одежды. Она приедет позже. Как думаешь, ничего, если я пойду в этих шортах? Они мягкие и удобные.

И крутится передо мной в тех самых шортиках, в которых рассекает по дому с утра. И от которых я все время старательно отводил глаза, когда она вставала и ходила туда-сюда по кухне.