Книга Запасная жена, страница 113 – Лина Филимонова

— Я лучше! – отзывается Максим. – У меня хвост не загогулиной.

Я пока даже не думала про следующий раз. Мне бы этот доходить… Но, может, и правда, мы на этом не остановимся? Конечно, не сразу…

У нас вся жизнь впереди!

Вероника

— Всё, – говорю я. – Мы дома.

— Какое всё! Это только начало! – смеются Таня с Ритой.

— Все самое интересное еще даже не начиналось, – вторит им Катя.

Из роддома нас встречала целая толпа: друзья Максима и мои подруги. Наших родителей не было. Потому что все случилось на неделю раньше, чем было запланировано. Моя мама взяла трехмесячный отпуск за свой счет – но только с предполагаемой даты родов. Она примчалась на выходные и снова укатила, чтобы вернуться через несколько дней. А родители Максима прилетят завтра.

Помощи у меня будет достаточно. Даже чересчур. Честно говоря, мне кажется, я и сама справлюсь… Но Максим считает, что нужно подстраховаться.

А сегодня мы одни. Своей семьей. Которая стала вдвое больше.

Все произошло очень быстро. Не то чтобы я не успела прочувствовать все прелести родов… Еще как успела! Помнится, в момент сильных схваток я сжимала руку Максима чуть ли не до перелома и твердила, что больше никогда в жизни не подпущу его к себе. Или пусть сам рожает!

Да… роды – это не легкая прогулка. Но сейчас, когда прошло даже меньше недели, я уже плохо помню ту боль. В памяти осталось только счастье… Двойное счастье!

Нас не стали долго держать в роддоме, потому что все в полном порядке и у меня, и у Марка с Маргариткой.

Мы дома.

Это так волнительно!

Наконец-то можно использовать по назначению детскую, которую я с наслаждением обставляла последние пару месяцев. Она наполовину розовая, наполовину голубая. Много натурального дерева, много света и пространства. И всяких милых штучек.

Мы купили малышам одинаковые кроватки. Только у Маргаритки постельное белье с розовыми мишками, а у Марка – с синими.

И конверты у них различаются цветом. Сейчас они оба лежат на нашей большой кровати, и Максим спрашивает:

— Будем раздевать или пусть спят?

— Надо раздеть, тут жарко, а они одеты по-зимнему.

— Первый пошел, – Максим уверенно расстегивает конверт Марка и освобождает его от большей части одежек.

Наш сын просыпается, недовольно кривит личико… А я чувствую, что у меня течет молоко.

— Тс-с-с! – Максим поднимает его, бережно держа головку, как нас учили на курсах.

Малыш такой крошечный на его мощной руке… И это так красиво!

— Давай его сюда, – говорю я. – Он проголодался.

— И обделался, – принюхивается Максим. – Сначала меняем памперс?

Как будто в ответ на его слова Марк заходится плачем.

— Понял, мужик хочет есть, а на памперс ему плевать.

Пока я кормлю Марка, Максим потихоньку раздевает Маргаритку, которая сразу начинает пищать, как котенок. Ее утихомирить легче, наша девочка более спокойная, чем ее братик. Но все же процедура смены памперса, которой Максим овладел еще в роддоме, проходит под ее недовольный писк.

После этого мы меняемся. Я кормлю дочку, а Максим занимается памперсом сына. Мы действуем слаженно, как настоящая команда. Справляемся легко и быстро.

Проходит немного времени – и наши дети мирно сопят в своих кроватках. А мы стоим рядом, держась за руки, и… просто тихо таем от счастья.

— Все не так уж и сложно, как меня пугали, – говорю я.