Книга Неверный. Месть подам горячей, страница 76 – Виктория Королёва

— Блядь, - выдохнул Николай, но все-таки разжал объятия, больше он ничего не сказал, но потом снова схватил меня, прижал к себе и впился в губы, не обращая внимания на слабое сопротивление. Нехотя отпустил, прошептав, опаляя дыханием, - только быстро, я слишком долго тебя ждал.

У меня внутри все пылало от его слов, прикосновений, поцелуя. Эта ночь станет особенной. И в ней нет места мыслям о мужчине, который меня предал и растоптал.

Я все-таки нашла выключатель и включила свет. Ник выглядел взбудораженным и взъерошенным. Лед в его глазах сменился диким огнем, испепелявшим меня. Я буквально чувствовала, как платье на мне опадает пеплом, падая к ногам, оставляя обнаженной перед мужчиной, о близости, с которым я не смела и мечтать.

Не терпелось вернуться к нему, продолжить то, что мы начали, и уже не отступать. Больше никогда не отступать.

Шальная, пьяная от осознания, что Ник разделяет мои чувства, что в нем горит такой же огонь желания, как и во мне, пошла в ванную. Быстро разделась, включила воду и тщательно намылилась, смывая воспоминания о прикосновениях Ивана. Он больше меня не тронет. Ник не позволит. Я не позволю.

Прошлое убегало в сток вместе с мыльной водой, годы брака, предательства, унижений, измен, обмана, комплексов.

Ева родилась в лесу из ненависти, горя и отчаяния. Но пришла пора и ей остаться в прошлом. Нельзя жить только местью, у меня должно быть что-то, кроме желания уничтожить мужа. Будущее с любимым мужчиной, верным, надежным, любящим. Что-то, что придет на смену ненависти. Я боялась чувства, которое пробуждал во мне Николай, но вместе с тем хотела отдаться ему. Утонуть в нем, раствориться. Этой ночью и следующей и все оставшиеся нам ночи.

Из душа вышла обновленной, очистившейся, ожившей. Парила над землей, а легкие крылья трепетали за спиной.

Я смыла макияж, вынула линзы, не стала сушить феном влажные волосы, рассыпавшиеся по плечам. Так, я была отдаленно похожа на себя прежнюю, только слой жира не скрывал больше тонкую талию, покатые бедра, высокую грудь, изящные руки. Никогда не чувствовала себя такой красивой. Комплексы остались в прошлом, как и девственное смущение, которое испытывала каждый раз, когда ложилась в постель с Иваном.

Подумав, стоит ли накинуть халат, решила послать его к черту. Я словно нанесла на тело бесовскую мазь, стала невидима и свободна от себя прежней неуклюжей Маши. Теперь окончательно.

Из ванной вышла обнаженной и уверенно прошла в гостиную. Влажную кожу холодил ночной ветер, врывавшийся в распахнутое окно. Комнату заполнял колдовской свет десятков свечей, расставленных на столиках и полках. Среди свечей стояли букеты белых роз. Не знаю, как Сабуров умудрился организовать все это, пока я была в душе. Неважно.

Ник скинул пиджак и открывал шампанское, когда я вошла. Он так и застыл с бутылкой, пока пробка не выстрелила, а игристое не брызнуло фонтаном, залив белоснежную рубашку моего мужчины.

— Ну, здравствуй, незнакомка, - произнес он глухо, не отрывая взгляда от меня.

— Здравствуй, - ответила, не отводя глаз от его лица. Подошла ближе, забрала бутылку из его рук и поставила на столик, где ждали бокалы, пусть и дальше ждут. Сегодня мне не нужно вино для смелости. Сегодня я не хочу притуплять восприятие. Наоборот, я хочу, чтобы все чувства были такими острыми, что о них можно порезаться.