Книга Фантазии о счастье, страница 33 – Дженис Мейнард

«Я уже дома. Когда ты приедешь?»

«Я сижу в своей машине у твоего дома».

Его комичный смайлик заставил ее рассмеяться.

«Заходи».

Она отперла дверь и смотрела, как он идет по дорожке. В душе у нее установились мир и покой. Хартли сделал ее мир лучше. Гораздо счастливее. Она могла спорить с собой сколько угодно, но это было правдой. Он единственный, кто у нее есть.

Она вцепилась в край двери побелевшими костяшками пальцев.

— Привет.

Он подошел и нежно поцеловал ее.

— И тебе привет. Ты, должно быть, усердно трудилась. Проект продвигается?

— Так и есть, очень усердно, – ответила она. Это была не совсем ложь.

— Это для тебя.

Он принес большой букет роз, на этот раз розовых. Без лишних слов Хартли направился в кухню и достал вазу. Она последовала за ним, стоя в дверях, наблюдала. Неужели все женщины так чувствительны к мужчинам, от которых беременны?

Удовлетворившись делом своих рук, мужчина вытер руки и поставил вазу на стол.

— У тебя усталый вид. Не беспокойся, я не останусь надолго. – Его улыбка была нежной. – Я скучал по тебе, – признался он.

Она судорожно сглотнула.

— Я тоже по тебе скучала. Пойдем посидим в гостиной. Я хочу тебе кое‑что сказать.

Не всю правду и ничего, кроме правды. С этим разговором придется подождать еще несколько дней. Надо получить подтверждение врача. Они вместе уселись на диван. Хартли обнял ее за плечи, как будто это была самая естественная вещь в мире.

— Как новая покупка? – спросила она.

Он зевнул и откинулся на спинку дивана.

— Может, я и откусил больше, чем могу прожевать, зато обнаружил, что физический труд творит чудеса, очищая мозг человека. Я работаю во дворе, пока у меня еще нет ключей.

— Ты пытался поговорить со своим братом?

— Я столкнулся с ним несколько дней назад. Все прошло не очень хорошо.

— Мне очень жаль. – Легкая горечь в его голосе подсказала ей, что он страдает из‑за разрыва с близнецом.

Хартли погладил ее плечо.

— А чего ты хотела, скажи мне?

— Я знаю, что ты не согласен со мной насчет того, стоит ли тебе говорить об этом твоим брату и сестре о Швейцарии. Но у меня есть некоторый опыт работы с секретами. Это касается моих родителей.

Он отстранился от нее и застонал.

— Пожалуйста, не заставляй меня чувствовать себя еще хуже. Я не должен был выходить из себя. Твое прошлое меня не касается.

Ее улыбка была задумчивой.

— Ты доверил мне свои темные секреты. Я думаю, что пришло время для моих.

Темные секреты. Теперь она цитировала ему его непростительные слова.

Фиона встала и обхватила себя руками за талию. Ее пижама была не очень тонкой, но он увидел, что на ней нет бюстгальтера, и почувствовал, как нежность к ней смешалась с похотью. Это было незнакомое сочетание, и он не знал, что с этим делать.

— Пожалуйста, не надо, – взмолился он. – Видит бог, ты не обязана мне ничего объяснять.

Она пристально посмотрела на него, и он увидел в ее глазах решимость и боль.

— Я всю жизнь гадала, кто я такая. Я жила в настоящем сиротском приюте, детском доме, пока мне не исполнилось восемь лет. После этого некоторых из нас переселили в другие детские дома. Меня считали уравновешенной, и я попала в приемную семью. Это не было ужасно. Некоторые семьи были просто замечательными. Но все это было временно. Шансы на усыновление в этом возрасте подобны выигрышу в лотерею.