Книга Фантазии о счастье, страница 60 – Дженис Мейнард

Муж вытер ее слезы.

— Какие деньги? О чем это он?

Адвокат встал.

— У меня назначена еще одна встреча. Вы можете поговорить об этом здесь, в моем кабинете. Оставайтесь сколько захотите. До свидания.

Когда мужчина вышел, Мейзи повторила свой вопрос, переводя взгляд с одного брата на другого. Хартли вскочил и заходил по комнате.

— Я украл у компании миллион долларов. Джонатан разозлился и правильно сделал.

Джонатан громко застонал:

— Черт возьми, Хартли! Объясни нам, наконец, о чем говорил отец.

Мейзи побледнела и вся дрожала. Джей Би беспокоился о жене.

— Джонатан прав, – сказал он. – Нам нужно это знать.

Фиона встала рядом с мужчиной, который владел ее сердцем, и поцеловала его в щеку.

— Все в порядке, – сказала она ему. – Они с этим справятся. – Потом обратилась к Джонатану и Мейзи: – Он не хотел причинить вам боль. Он держал эту тайну при себе, чтобы оградить вас.

— Расскажи нам сейчас, – попросил Джонатан. – Пожалуйста.

Фиона кивнула и ободряюще улыбнулась любимому мужчине.

— Пора, Хартли, расскажи им.

И он рассказал все о шантаже и о том, почему молчал.

Он скрыл только то, как они с Фионой познакомились, и то, что через девять месяцев после того сумасшедшего свадебного уик‑энда он приехал домой на короткое время, чтобы все рассказать своей семье, но струсил и провел ночь с Фионой.

Когда его история подошла к концу, возникла пауза. Фиона видела на их лицах смятение оттого, что огромная часть их жизни была ложью. Конечно, у них были вопросы. Это было очень трудно осмыслить.

— Значит, наша мать – не наша мать… – ошеломленно произнесла Мейзи.

Хартли опустился на колени у ног сестры и взял ее за руки.

— Мне чертовски жаль, детка. Ты заслуживаешь лучшего. Мы все этого заслуживаем.

Она медленно покачала головой:

— Но она заботилась о нас, пока мы росли.

— Да, – согласился Хартли. – Но она могла причинить вред кому‑нибудь из нас или себе, прежде чем отец поместил ее в клинику. Может быть, если бы ее раньше начали лечить, все было бы иначе… Вот почему я… – Он осекся, осознав, что собирается объяснить беременной сестре, почему поклялся не иметь детей.

Джонатан положил руку на плечо Хартли, и тот поднялся на ноги, и теперь они стояли, глядя в глаза друг другу.

— Мне очень жаль, Хартли. Видит бог, я никогда не смогу загладить свою вину перед тобой. Я должен был догадаться, должен был доверять тебе.

Лицо Хартли просветлело.

— Черт возьми, Джонатан, даже Фиона сказала мне, что ожидать слепой веры от вас, учитывая обстоятельства, было очень трудно. Давай покончим с этим. У меня год жизни ушел на эту историю. Я хочу вернуться к нормальной жизни.

И Джонатан крепко обнял брата. Когда они наконец разжали объятия, на глазах у обоих предательски блеснули слезы.

— Я тоже этого хочу, – признался Джонатан. – Сегодня был тяжелый день. Мы будем иметь дело с этим в течение длительного времени, каждый в своей жизни. Но мы же семья. Мы справимся.

Мейзи встала, чтобы присоединиться к своим братьям, и теперь все трое стояли рука об руку. Она поцеловала каждого в щеку и одарила их ослепительной улыбкой.

— Я страдала оттого, что вы были в ссоре, и счастлива, что все позади.

Лизетта подошла к мужу и обратилась к собравшимся:

— Вы все это знаете, что мы с Джонатаном пока еще остаемся в пляжном домике. Почему бы нам не устроить пикник на пляже сегодня вечером? Мы можем посмотреть на звезды. Что вы на это скажете?