Книга Жить только тобой, страница 28 – Кэрол Маринелли

— У меня пара вопросов о лейбле и биографии вашего отца.

— Ты объяснил Эмили все сложности?

— Не до конца.

Пару минут они разговаривали по-испански. Эмили начала понимать, что ее вопросы касались того, о чем братьям трудно договориться между собой. Несмотря на недолгое обсуждение, становилось ясно, что они часто спорят на эту тему.

— Ладно. — Себастьян наконец обратился к Эмили: — Мы уже какое-то время хотим изменить логотип, колдуем с художником над акварельной картинкой. Она использует прежние цветовые решения оригинального изображения. Когда мы поменяем…

— Если поменяем, — вставил Алехандро.

Эмили переводила взгляд с одного брата на другого и почти ощущала нарастающее между ними напряжение. Старший, Себастьян, возможно, думал, что обладает большей властью. Зато спокойный и бесстрастный Алехандро использовал свою силу.

— На данном этапе мы бы действительно предпочли, чтобы ты сосредоточилась на продукте, — решил Себастьян.

— Тем не менее, Мария де Лука участвует в проекте. — Эмили переводила взгляд с одного на другого. Оба выглядели бесстрастно, но она немного знала Алехандро и понимала, что означают его плотно сжатые губы. — Не стоит мне вдаваться в подробности. Кстати, поможет ли разговор с вашим отцом? Выясню, чего он хочет?

— Это могло бы помочь, — одобрил Себастьян. — Если будешь действовать в соответствии с заданием. — Ого! — удивился Алехандро, хотя и разозлился на то, что Себастьян игнорировал опасения Эмили.

— Эмили права. Это необходимо решить. Желательно до того, как веб-сайт заработает в полную силу. Да и Хосе хотел, чтобы упомянули Марию.

— К счастью, — вставил Себастьян, — это не от него зависит.

— Да, от меня. — Алехандро посмотрел на экран. — Эмили, извини нас.

— Конечно.

— Надеюсь, я скоро тебе отвечу.

Оба подождали, пока она уйдет.

— Мы не обсуждаем семейные дела с посторонними, — отрезал Себастьян.

— Именно поэтому я попросил ее уйти. Хосе хочет, чтобы Мария осталась на логотипе и чтобы она была упомянута в истории бренда.

— Несколько недель назад он хотел, чтобы от нее не осталось и следа!

— Тогда он не знал, что болен. И теперь решение за мной, потому что вы с Кармен хотите ее убрать, а наш отец хочет оставить.

— И что ты предлагаешь? — Себастьян свирепо посмотрел на брата. — Защищать ее, как в детстве? Хорошо говорить о женщине, которая бросила мужа и троих детей ради искусства?

— Фламенко — это искусство.

Когда-то ему это нравилось, но в последние годы, когда он осознал, насколько это подкосило семью, любовь переросла в обиду, а потом и в безразличие. Наблюдая за Евой прошлой ночью, он отчасти вновь ощутил любовь к искусству. Видя, что Эмили, застенчивая женщина, которая была готова уйти, осталась, совершенно завороженная, он пробудил в себе дремавший доселе трепет перед древним искусством.

Себастьян недоумевал:

— С чего бы тебе поддерживать ее? Разве мы не должны от нее уйти? У нее не было проблем с тем, чтобы уйти от нас.

— Это не мешает мне ее защищать. Речь идет о нашем отце и уважении к его желаниям.

— Они меняются каждую неделю, месяц.

— Знаю. Именно поэтому не хочу принимать поспешное решение. Тем не менее мне нужно сказать Эмили, что делать с сайтом.

— Она подождет. Кстати, пока ты здесь. Сегодня утром я общался с Хосе. Он предлагает сыграть свадьбу в мае.