Книга Дай нам шанс, страница 46 – Аля Алая

Что не так?

— Здравствуй… те, — растерянно роняю, когда Войцеховский оказывается рядом.

— Где твой рабочий планшет?

— Еще не забрала. Он у Кости в кабинете.

— Через пять минут зайди ко мне, — ни в его голосе, ни во внешнем виде не было ни единого намека на теплоту между нами. Моя тревога стала сильнее, ноги обмякли.

— Хорошо, — растерянно смотрю Тиму в спину.

Отсчитав ровно пять минут, поднимаюсь в его кабинет. Тим сидит в кожаном белом кресле за столом, в руках один из наших рабочих планшетов. Мой?

Услышав, как за мной захлопнулась дверь, Войцеховский вскинул напряженный взгляд на меня. Планшет бросил на стол.

— Что случилось? — делаю небольшой шаг к нему навстречу.

— Ты уволена.

— Уволена, за что?

Судорожно вспоминаю все проведенные мной сделки. Документы я оформляла скрупулёзно, бумаги из банков смотрела по два раза. Лида контролировала.

— За аморальное поведение.

— Что? — я неверя улыбаюсь. Это самая тупая причина из возможных — мое поведение и общение с клиентами всегда было сугубо профессиональным. Да, иногда подкатывают или дарят цветы, но я не поощряю никогда.

— Думаю ты не в курсе, что все диалоги с клиентами проверяются, — на лице Тимофея ни один мускул не дрогнул.

— Проверяйте, — жму плечами, ничего у меня найти нельзя. Я полностью уверена в своем профессиональном общении. Иногда случаются шутки, но границ они не переходят никогда.

Что вообще происходит?

— И проверили. Диалог с Умашевым, — пальцы Тимофея подтолкнули планшет ближе ко мне.

Удивленно вскидываю брови. Вчера сама пересмотрела после его странного подката, ничего там не было. Все равно беру планшет в руки и открываю чат. Пролистываю нашу с ним переписку.

Мне плохеет сразу и сильно.

Не понимаю откуда взялись огромные куски переписок. В них откровенные намеки на то, чтобы не скучно провести время вместе. За деньги, о боже. Написано не прямо, но все понятно.

— Я этого не писала, — мой голос дрогнул.

— Проверка идет через айти-отдел. Они проверяют основательно. Ты попалась, Катя, отвертеться не получится.

Тим говорил холодно, еле сдерживая злость. Таким мне его видеть не приходилось.

Мой язык словно к небу прилип. Я не понимаю, как мне оправдываться. Кроме моего слова против представленных доказательств нет ничего.

— Пусть проверят еще раз, — кладу погасший планшет экраном вниз, — я никогда бы не сделала ничего подобного.

— Проверили дважды по моей просьбе, — его губы брезгливо искривились, — собирай вещи. По статье не уволю только потому, что у тебя маленькая дочь.

Все тело окатывает ледяными мурашками. Этого не может быть. Это ошибка. Разве Тимофей не понимает, что я не могла?

— Ты совершаешь ошибку, — быстро моргаю, чтобы не расплакаться.

— Хватит, — он нетерпеливо поднялся со своего места, — у нас всегда идут навстречу сотрудникам, если у них финансовые трудности. Всегда можно выписать аванс или помощь. А вот торговать собой, параллельно уничтожая имидж огромной компании, над которой я годами работал, нельзя!

Подобным образом меня не унижали никогда в жизни. Слезы капают из глаз и я быстро их стираю.

Совершенно раздавленная разворачиваюсь и выхожу из кабинета Войцеховского. Перед глазами все плывет. Все еще не верится в реальность происходящего. Кажется, он догонит меня и обнимет, скажет что произошла чудовищная ошибка.