Книга Никто не услышит твой зов, страница 76 – Дарья Демидова

— На северо-западе есть пару мест, но там насколько я знаю, не глухие леса, и очень оживленно в хорошую погоду, — заметил Голицын.

— Да, я хорошо знаю те районы. Поэтому, если не выйдет с Зареченским парком, северо-западные парки надо прочесывать в плохую погоду. Там даже ночью народу слишком много, много беседок, пляжей, спортивных комплексов.

— Согласен, — кивнул Марк. — Что думаешь о моих коллегах?

— Реакция Пьера действительно странная.

— Я тут молчу, ибо герцог меня всегда бесил своим высокомерием, — поднял руки Марк, показывая, что его предвзятое отношение к де Монморанси может выйти им боком.

— Понимаю, — шепнул Кирилл, и, поставив бокал, наклонился к Марку. — Он вызывает у меня двойственные чувства.

— Судя по лихорадочному блеску в твоих глаза, ты либо напился с двух глотков, либо у тебя в голове снова рой удивительных мыслей, — усмехнулся Марк и, потянувшись, сцепил пальцы в замок на затылке. — Рассказывай.

— Он у меня вызвал те же чувства, что вызвал Ворон при нашем знакомстве — хотелось одновременно побить и забухать с ним. То есть, с одной стороны, герцог запросто может быть в этом замешан и своим поведением пытается ввести нас в заблуждение. С другой, он кажется откровенным. Будто его реально очень задело и обидело, что «хороший» Горелов, оказался убийцей.

— Эй, притормози, — усмехнулся Марк. — Ни мы, ни люди до сих пор не доказали даже то, что убийца акудзин. Да. На это есть намеки, но намеки к делу не пришьешь. Потом, даже если это акудзин, с чего ты взял, что это кто-то из библиотечных? Мы уже ни раз говорили о том, что убийства, совершенные Аркашей похожи только тем, что жертвы висели вниз головой, когда их находили.

Кирилл откинулся на спинку кресла и расслабленно положил руки на подлокотники. Поза его говорила об усталости, но скорее не физической, а эмоциональной. Он с минуту молчал, поджав губы, словно подбирая слова, и наконец сдался:

— Ты прав, но…

— Но у тебя чуйка, а с ней не поспоришь, — рассмеялся Марк.

— Да, есть такое, — не стал отпираться Кирилл.

— А как тебе Томан?

— Странная женщина, — протянул Кирилл и снова взялся за бокал. — Очень странная.

— Мне кажется, она родилась странной. Этакий акудзинский бомонд.

— И Таланов показался интересным.

— Если смотреть на них как на подозреваемых, кто на первом месте, кто на последнем? — задал каверзный вопрос Марк.

— На первом, конечно, Пьер. Реально странная реакция, он для меня непонятный и как будто действительно хочет отвести от себя подозрения. Потом, наверное, Таланов.

— Да брось! — засмеялся Марк. — Я знаю его со студенческих времен, он и мухи не обидит.

— Про Горелова они так же думали, — возразил Кирилл. — Таланов очень умен, и заболтать может любого. Талантливый акудзин. К тому же я наводил обо всех справки. Он одинок, посвятил работе всю жизнь, уж ему-то не знать о том, как вызвать высшего демона.

— Допустим, хотя я сомневаюсь, что Таланов верит в демонов, тем более в высших.

— Мы сами демоны. Для людей, по крайней мере, — усмехнулся Кирилл

— Твоя правда. Кто дальше?

— Томан.

— Удивил. Почему она?

— Никогда не знаешь, что у таких людей в голове. Днем она читает Есенина, ночью охотится на мужчин.

— А Юра с Димой не могут днем читать Есенина, а ночью избавлять мир от грешников? — снова усмехнулся Марк.