Книга Никто не услышит твой зов, страница 78 – Дарья Демидова

* * *

Но как ни старались вычислить жертву человеческие оперативники, им это не удавалось.

А тем временем наступил октябрь, но погода днем все еще была теплой для этого времени года, и дожди лили почти постоянно. Ивану приходилось каждый вечер и ночь проводить в парке, поэтому на совещаниях он обычно отсутствовал — отсыпался. А во время созвонов жаловался на холод, сырость, и что Катерина все никак не соглашается на кофе.

Марк с Кириллом его попеременно жалели, но не упускали возможности пустить шпильку на тему холодных вечеров в обществе горячей человечки.

А на пятый день Константинов вызвал Голицына и Калинина на ковер.

В кабинете начальства они обнаружили Шилова. Судя по виду майора, у того были новости.

Мужчины расселись по свободным креслам и приготовились слушать.

— У вас есть изменения? — строго спросил Константинов Кирилла.

— У нас нет, — покачал тот головой. — Пробили хорошенько сотрудников Библиотеки, но в случае с акудзинами в принципе сложно подтвердить алиби из-за наших способностей к прыжкам в пространстве. За Гореловым ребята продолжаются наблюдение, докладывают каждый день. Ничего странного он не делает. Устроился работать к людям в районную библиотеку рядом с домом.

— Ворон что?

— В Зареченском парке все спокойно. Патрулируют и днем, и ночью парами акудзин-человек иногда акудзин-человек-собака.

— Собака, значит, — задумчиво опустил взгляд Константинов, но через пару мгновений улыбнулся Шилову, мол у тебя что.

— По вампирам вообще ничего нет, — начал говорить Шилов, подглядывая в свой ежедневник. — Странно, но почти все они имеют алиби хотя бы на одно из преступлений. Знаете, почему они имеют алиби?

Акудзины дружно пожали плечами, и тогда Шилов продолжил:

— Так все же медработники! И у каждого есть ночные смены.

— Интересно… — улыбнулся Константинов. — У Юсупова тоже?

— У него тем более. Но я думаю, нам удалось вычислить предполагаемых жертв.

— Кто они? — тут же поинтересовался Кирилл, привстав с кресла.

— Ты еще мне тут на стуле попрыгай, перевозбудился смотрю, — грозно обратился к подчиненному Константинов. — Работаю с детьми и неврастениками.

— Олег Дмитриевич, — укоризненно посмотрел на него Кирилл, но сел ровно и с видом сосредоточенным уставился на Шилова.

— Под наши критерии подходят всего двое. Естественно, те, о пропаже которых заявили, — улыбнувшись, начал говорить майор. — Оба мужчины плюс-минус сорока лет. Оба пропали 5-7 дней назад. У обоих за плечами потенциально криминальные истории.

— Это какие такие истории? — нахмурился Константинов.

— Один был под следствием. Фамилия Ивашов. Три года назад произошел конфликт на дороге, в результате чего Ивашов выстрелил в оппонента из травмата. Неудачно попал в голову. Пострадавший впал в кому, но умер через пару недель, не приходя в сознание. Но Ивашову дали условку. Почему? Я не знаю. Посмотрел материалы дела, показания свидетелей. При самом лучшем раскладе ему светила пятерка, не меньше.

— А второй?

— С этим сложнее. Жаров не привлекался и вообще на первый взгляд святой человек. Жена, пятеро малолетних детей. Семья благополучная, верующая… Да вот только о молодых годах Жарова нам ничего не известно. В девяностых Жаров с родителями и двумя младшими сестрами бежали из одной бывшей республики. Времена такие были… Ты, Олег, помнишь точно.