Книга Обещал жениться, страница 48 – Любовь Матвеева

Наконец одни знакомые сжалились, и разрешили ей поселиться в своём нежилом доме на краю Рабочего посёлка. Холодно, голодно, одиноко!

Ляжет спать – по ней крысы бегают. Ослепла. Постарела.

Дочь сжалилась и всё же забрала её к себе, где она вскоре и умерла.

А ведь ей ещё и шестидесяти не было!

Я стою за прилавком, торгую чем попало – дома-то скучно… Подходит пара знакомых бомжей, Женька и Виктория. Уже давно держатся вместе. Виктория почти всегда в синяках. Женька её регулярно избивает – заставляет отдаваться другим мужчинам-бомжам за копейки, а потом «ревнует». Деньги идут обоим на водку.

У Женьки в деревне мать и жена с двумя дочерьми, у Виктории старший сын в тюрьме, младший – в детдоме. Она лишена родительских прав. Виктория и Женька живут в колодце у второй городской больницы, но скрывают это.

— Тётя Люба, займите двести тенге, нам на бутылку водки надо! Потом отработаем! – они мне частенько приносят интереснейшие вещи, которые легко находят сбыт. Вероятно, из мусорных ящиков… Я покупаю у них, не допытываясь, где взяли. А иногда вместо расчёта вожу их в столовую, где беру им первое, второе и третье… Пусть хоть иногда поедят по-человечески!

— А что за праздник? – интересуюсь я, протягивая двухсотку. Женька отвечает:

— У МОЕГО ПЛЕМЯННИКА есть СЕСТРА ЖЕНЫ БРАТА(!). Ей сделали УЗИ, сказали, девочка будет. Уже четыре месяца беременности! Вот – идём поздравить!

Благая весть… О своих детях ничего не знают, радуются чужим, как поводу выпить. Курочка ещё в гнезде, яичко в… но обмыть надо!

Свою жену Любу я нашёл далеко, на станции Могоча, это почти на самом Дальнем Востоке, рядом – Амур, китайская граница. Места там богатые: тайга! И зверя в лесу, и рыбы в реке – всего довольно. Я уж там не в первый раз был. А когда её встретил, уже по дому соскучился. Люба поняла меня, и говорит: ну так поехали к тебе, в Петропавловск! Почувствовала она мою тоску! Вот – три раза пришлось жениться, пока нашёл хорошую жену! Ехать-то ехать, а на что? Денег на билет не хватало. Решили так – своим ходом отправиться в путь. За двадцать шесть дней и дошли!

— Ну, это ты врёшь! За месяц такой путь не преодолеть! Семь тысяч километров… – говорю ему. Мы стоим у церкви в Вербное Воскресенье, и торгуем зелёными ветками. Беседуем между делом.

— Так мы и на поездах подъезжали, когда удавалось сесть или зацепиться, – поправляется Володя. – Один раз, в непогоду, ехали на открытой тормозной площадке полтора суток голодные, холодные. Окоченели! Потом приехали на какую-то станцию, машинист увидел, что мы совсем как деревянные, слезть не можем с тормозной площадки не можем, помог, говорит: «зря в электровоз не попросились, взял бы!» Ещё и денег нам дал…

В другой раз добрая проводница разрешила сесть в вагон, проехать несколько станций. На одной, маленькой, какой-то пассажир побежал за водкой. Проводница ему кричит: «Стоим четыре минуты, не успеешь!» А он ей: «Тебе две бутылки возьму!» «Тогда не торопись, я поезд держать буду!» – кричит та в ответ. Пассажир вернулся – ей две бутылки дал, себе две оставил, и две передал машинистам. Те потом передают: «Говори, где захочешь остановиться – притормозим!» И это – на Транссибирской магистрали!