Онлайн книга «Не остуди своё сердце»
|
А дальше те женщины, которые зашли передо мной, достают какие-то старые шапки, фетровые шляпы, косынки, надевают их на головы и куда-то идут. Дверей много. На всякий случай хватаю лифчик, который взяла вместо мочалки, и мчусь за ними. Сауна. Тогда у нас в городе ещё не знали, что это такое. Пара нет, вибрирует раскалённый прозрачный воздух. На градуснике – 130 градусов! Как такое возможно? Это же больше температуры кипения воды! Веников нет, да и без них кровь подступила к коже кругами, кругами… Ударь веником – брызнет сквозь поры! Волосы затрещали, кажется, сейчас загорятся, растягиваю на голове лифчик. И хороша же я сейчас! Жарко, а сердце бьётся легко, ровно. Я же сибирячка! Надо доказать москвичам! Однако, первая не выдерживаю высокой температуры, и выскакиваю, как пробка, бегу к бассейну. Бассейн тоже великолепный, мраморный! После сауны вода кажется очень холодной… Нет, хорошо!.. Потом оказываюсь в сильных руках опытной мойщицы. Непривычно, но приятно. Я лежу на белой, хорошо выскобленной лавке, меня моют на один, на второй, на третий раз, и щедро обкупывают из тазика. Последняя вода – ледяная. Теперь – к массажистке. Лёгкие, плавные движения и похлопывания постепенно переходят в энергичные, резкие, жёсткие. О-о, да я просто этого не выдержу: — Хватит, не надо, мне больно! – кричу. — Терпите, вы нуждаетесь в глубоком массаже! – говорит невозмутимая массажистка, и продолжает экзекуцию: разбивает мышцы, разминает кости. – Походили бы ко мне, я бы вам сделала фигуру! – говорит она. — Но это не массаж, а средневековые пытки! – малодушно ору я. Слёзы скатываются вместе с потом, а крики мешаются с весёлым шумом, доносящимся из бассейна. На меня никто не обращает внимания, и даже массажистка, которой надо отработать своё, стараюсь терпеть. — А кто у вас бывает? – спрашиваю через силу, преодолевая мышечную боль. — Все – члены правительства, спортсмены, артисты. Вы же пошли в баню по высшему разряду! – Все терпят, и ты терпи! – по-свойски, переходит она на «ты». -Вчера вот здесь же Ирина Мирошниченко лежала, – и она хлопнула меня по голой попе. Ирина Мирошниченко? Почему-то легче стало переносить боль… В довершение надругательства, когда всё тело уже ныло и болело, на меня была вылита и размазана хорошая порция какой-то маслянистой жидкости… «А пахнет хорошо», эх, провинция, – уныло думала я, натирая саднящее тело намыленным бюстгальтером, – видно, мойщицу-то надо брать после массажа! Из-за своих барских замашек такие деньги зря за мытьё отвалила! — Что вы делаете? – воскликнула, пробегая мимо, массажистка. Вы же смываете драгоценное фиалковое масло! Но дело сделано. Не начинать же сначала! Завернувшись в арендованную простыню, зашла в комнату отдыха. У самовара истово отдыхали женщины, угощая друг друга принесёнными или заказанными тут же лакомствами, потягивая пиво. А я бы с удовольствием попила водички… В тот вечер я всё же попала в Малый зал Большого театра – это неподалёку. Помню, как сидела с мокрыми после бани волосами. И хоть на сцене играли артисты, которых мне привычнее было видеть на экране, банный спектакль мне запомнился лучше. Наверное, потому, что стоил дороже… |