Книга Пари на развод, страница 44 – Рина Беж

Бросаю взгляд на часы, убеждаюсь, что у меня есть целых сорок свободных минут, и уверенно кладу руку на ручку двери, чтобы открыть.

Фитнес-клуб работает до десяти. Без выходных. Я проверила запись в буклете. Значит, никто не запрещает мне прямо сейчас прогуляться до верха и посмотреть всё разрекламированное вживую.

Понравится, посоветуюсь с Лексом и буду ходить сюда. Не понравится – тогда и обсуждать нет смысла. Подыщу что-нибудь другое. Хоть бы то место, что рядом с работой.

В предвкушении глушу мотор, забираю ключи и сумку. Выйти на улицу под дождь не успеваю. Вспыхнувший экран телефона и тихий рингтон привлекают внимание.

Читаю имя той, кому вдруг понадобилась, и кривлюсь, как от вкуса лимона.

«Ма» светится на экране.

«Ма».

Плохо знающие меня люди думают, что это ласковое сокращение от «мамы», и только единицы в курсе, что на самом же деле это недописанное до конца слово «мать».

Никак иначе Римму Максимовну я не воспринимаю.

На пару мгновений посещает восхитительная идея не брать трубку. Сделать вид, что забыла ее в машине, и идти, куда собиралась. Все равно же ничего хорошего не услышу.

Но как идея мелькает, так и растворяется. Если мать звонит, значит, дозвонится. Не мне, так Лексу, чтобы найти меня. Не отстанет, пока своего не добьется.

Так и происходит. За прервавшимся первым вызовом через секунду следует второй. Не сомневаюсь, за ним будет третий.

Ар-р-р!

Сую телефон в держатель на панели и подключаю громкую связь.

— Слушаю, – произношу рублено и по-деловому, желая с самого начала задать правильный тон.

Куда там?

— У тебя совесть вообще есть, бесстыжая? – летит злобный вопрос.

— И тебе здравствуй, ма-ма.

Ухмыляюсь едко, но устало. Обнимаю себя за плечи и прячу ладони подмышками.

Морозит.

Достало всё, пусть ничего нового не происходит.

Всё привычно. Римма Максимовна, наседание и сходу вываливает претензии. Я же мысленно настраиваюсь не грубить, как-никак… родной человек, который, к счастью, звонит не так чтобы часто. Всего раз в пару месяцев, когда что-то нужно.

— Ты от темы-то не уходи, Олеся. Здоровья она мне пожелать решила. Умница-разумница выискалась.

Молча ожидаю продолжения. В чем хороша Римма Максимовна – трепаться долго не умеет. Со мной точно.

— Чего молчишь? Стыдно? Хотя с чего бы? Ни стыда ни совести у тебя нет. Вся в папашу своего, интеллигентика хренова, уродилась. Что тот меня одну бросил, тебя на шею спихнув, и забыв заплатить, что ты – такая же неблагодарная, для родных копейку жалеешь!

О, всё. Обычный поток приветствий окончен.

Теперь жду суть.

— Олеська, ты чего это разводиться удумала? Совсем, девка, обалдела? Чтобы не смела в эту сторону думать! Ясно тебе? Подумаешь, мужик изменил, с кем не бывает! К тебе ж, дуре, он все равно возвращается. А ты не ценишь.

— А мне ценить надо? – не скрываю сарказма.

Не улавливает. Своё гнет.

— Надо. В разладе всегда двое виноваты, уложи в голове своей дырявой. И раз Сереженька так поступил, значит, ты повод дала. Была бы щедрой да ласковой, глядишь, и не загулял бы.

— О как. Ну, спасибо, ма-ма, за ценный совет.

Сижу, смотрю на спорткомплекс, но ничего не вижу. Пелена мутная перед глазами. И в сердце немного колет.

Усмехаюсь тоже по привычке и только головой качаю.

Полный финиш. Везет мне с родственниками, как утопленнику.