Книга Головолом, страница 64 – Максим Сабайтис

Чтобы нейтрализовать возможный риск, когда одна из дам решит предать другую, все банки данных по поискам следов Барбат шифровались сложным квантовым ключом, составленным из двух других ключей, напрямую завязанных на активность персональных чипов.

Лишь совместными усилиями можно было представить находки проверяющей комиссии, а любая попытка присвоить результаты работы или устранить напарницу физически, оборачивались гарантированной потерей всех собранных данных.

Небольшие шансы на успех были предпочтительнее фатальных последствий бездействия.

Висящее дамокловым мечом над региональными директорами внутреннее расследование вносило свои коррективы в поведенческие модели.

Даже если им суждено проиграть, аудиторы оценят масштабы поисков и поймут, насколько велико стремление защитить интересы корпорации.

Так думала Марьям Пресслер, тихо радуясь тому, что подобные мысли не пишутся в системные логи.

Сочтя что снявши голову по волосам не плачут, дамы осознанно злоупотребили своим высоким положением и перенаправили на поиск большую часть доступных аналитических ресурсов филиала.

В этот раз корпоративные правила сыграли на их стороне. Поскольку вся деятельность регионального отделения тщательно документировалась, удалось собрать первичный массив сведений о распорядке дня Валерии, отданных ей распоряжениях, одобренных тратах и запрошенных сводках.

Разумеется, доверия этому массиву было немного.

Воспитанная в корпоративных традициях, госпожа Барбат умело пускала пыль в глаза, оставляла десятки ложных следов, разбросала сотни фальшивых зацепок, полностью уверенная в том, что это скроет ее реальную работу на региональном уровне.

Аудит с ключами центрального офиса развеял бы эту пелену обмана одним или двумя запросами, но у Ольги с Марьям никак не могло оказаться доступов такого уровня.

Однако, у миз Кавендиш имелся опыт работы почти что на всех уровнях корпоративного взаимодействия — в отличие от Валерии с Марьям, которые заняли высокие должности сразу по завершению обучения.

Направив часть аналитических групп на работу с массивами баз системных данных, Ольга сосредоточилась на человеческом факторе.

Подземный комплекс, который штурмовали силы Корпола, даже с учетом высокой автоматизации, требовал присутствия специалистов — где-то в живую, а где-то и посредством подключения к дистантам.

Госпожа Барбат постаралась ограничить количество людей, осведомленных о происходящем. В чипы специалистов загружались скрипты, которые стирали или заметно искажали аппаратную часть памяти.

Для органической памяти приходилось пользоваться услугами корпоративных чип-ридеров. Но память самих чип-ридеров сохранялась, вмешиваться в их воспоминания было уже некому, поскольку большая часть таких специалистов являлась женщинами.

Там, где пасовали четкие алгоритмы, в игру вступала взрывоопасная смесь запретов с подкупом и шантажом.

Список подчищавших за Валерией чип-ридеров оказался невелик. Госпожа Барбат не любила складывать все яйца в одну корзину, но предпочитала минимизировать риски распространения приватной информации.

Тактика Ольги Кавендиш не отличалась оригинальностью. С женщин брали очередную электронную подписку о неразглашении, знакомили с наспех собранным отчетом, в котором читательницы корпоративных чипов открыто назывались пособницами опасной диверсантки.