Книга Гражданство магической реальности, страница 199 – Максим Сабайтис

Вот и добро. Потому как лишь неучтенный коэффициент замедления не позволил недоброжелателям скинуть нас прямиком на упавшую медузу. Без нескольких сотен солдат поддержки и добытого на складе вооружения. Как тут не заподозрить даже больше чем просто утечку, прямое взаимодействие с силами вторжения!

Как иначе узнать, где и когда состоится приземление медузы? Ведь это уже другой уровень возможностей на противостоящей нам стороне!..

Только как это передать родителям — не представляю. Обязательство Кантидия, даже стандартное, связывает по рукам и ногам.

Хотя нет, есть еще аспект семейного доверия.

— Все намного серьезнее, — заключил я. — Глобальнее. И, возможно, выходит за пределы… наших представлений.

Небольшая интонационная пауза. Я подбирал подходящие слова. Расшифруют ли её предки? Это же я не про события под запретом говорю.

— Тут уже нужна бабушка, — признал отец. — Не наш уровень. Потому перейдем к текущим делам. Уже придумал, по какой схеме прокачивать свою подопечную?

— А у меня время на это было? Кто-нибудь вообще рассказал про взаимодействия с гражданами категории Эн?

— Прокачивать?

Последняя удивленная реплика принадлежала Алисе. Как бы девушка ни старалась держаться незаметно, когда речь зашла о ней, прежний характер обошел ограничения гражданства.

— Ты же ничего не умеешь как нежить, — неожиданно терпеливо пояснила мама. — Потому даже до того уровня, на котором от тебя будет ощутимая польза владельцу, придется подтягиваться.

К счастью, у категории Эн есть свои преимущества по сравнению с детишками со статусами Пи или О, так что некоторые, быть может, станут завидовать.

Нежить — это не какой-то там раб. Это в первую очередь возможность. Наказанием оно становится, когда категорию понижают, а до этого была Эль или Кей. Тебя повысили, пусть и с набором не самых обременительных условий.

— Пока что все равно очень стесняет, — призналась Алиса. — Хочешь что-то сделать, а тебя будто кто-то за шлейку в другую сторону тянет. В какие-то моменты очень раздражает, а выплеснуть эти эмоции некуда.

— Освоюсь немного и настрою ограничения так, чтобы этого не было, — быстро пообещал я.

— Это как с покупным костюмом или сшитым по твоей мерке, — уточнила мама. — Контракт стандартный, под преступников и опытных практиков. Через некоторое время Имярек подстроит все опции так, что вовсе перестанешь испытывать неудобства.

Алиса слегка нахмурилась и поспешила сменить тему.

— А отчего вы все называете его Имяреком? Он же Игорь. И отчего меня называете нежитью?

— Нежить, по первой букве категории. Кроме того, частичная дееспособность для полноценного гражданина — это не жизнь, а некоторое подобие. Вот станешь опытнее, перейдешь в категорию повыше, и сама почувствуешь отличия. Имярека на эту тему спрашивать бессмысленно. Его сразу в категорию Кей засунули, ему не с чем сравнивать. Кроме профанов, простых людей.

— А Имярек он оттого, что сам выбрал это имя.

Вот тут я уже и сам прислушался. Все-таки, обо мне речь.

— Социальные имена, которые в местных паспортах и профанных документах указываются, это инструмент определения человека в некоем обществе, — рассказывала мама. Люблю, когда она что-то рассказывает.

— Мы мягко подталкивали своего сына сначала к альтернативной социализации, затем к дистанцированию от профанных картин мира.