Книга Лабиринты страсти, страница 22 – Эвелина Гольдман

— Да, Я- Женя, а вот у тебя странное имя, но мне нравится, — Гордей заливисто засмеялся, что я даже не смогла не улыбнуться такому милому замечанию, а Жене, по всей видимости, очень приглянулся Гордей и она с любопытством его рассматривала.

— Это правда, но я его не выбирал, — Гордей так же продолжал улыбаться и общаться с Евгешкой.

— Да ладно, ничего страшного. Мне оно нравится, я уже хорошо выговариваю рррр, — Женька прорычала свое талантливое "р" и Гордей стал улыбаться только шире.

— Ухты, а раньше не получалось?

— Нет, но мамочка со мной много занималась, ты знаком с моей мамой?

— Да, конечно, я друг твоей мамы, — тот еще друг. Хотелось сказать одно выражение про то, кто с такими друзьями не нужен, но сдержалась, чтобы не портить их момент.

— Как дядя Дима? — тут же улыбка Гордея пропадает, а мне становится стыдно что ли.

— Ну почти, — ответил он ей.

— Я поняла, потому что дядя Дима постоянно хочет маму целовать, а вот мама не хочет, а ты, наверное, можешь ее целовать, да? — на этом Гордей хмыкнул, а я залилась краской. Ну дочь. Ну спасибо.

— Женя, — она подняла на меня голову и даже не поняла, что такого сказала.

— Значит, это ты мой папа? — вдруг молчание и я так и осталась смотреть на них двоих, Гордей смотрел внимательными, непроницаемыми глазами на Женю, а она такими же на него. Вот гены, ни один не остановиться перед своими желаниями.

— Да, — вот чего я не ожидала, так этого ответа. Не так я хотела рассказать об этом дочери, — Я- твой папа.

— Ура, мама, папа приехал, — Женька так искренне обрадовалась и захотела встать, но вокруг были всякие датчики и капельница и она не смогла этого сделать, — Это ты для меня этот сюрприз приготовила? Папочку? — Я сейчас разревусь. Женя вообще была очень тактильной и общителной девочкой, но я не знала, что настолько.

Я молчала и не знала, что сказать, по-моему из нашей скромной компании только Гордей и Женя не стеснялись друг друга и вполне были рады такому повороту событий, а я стояла, как идиотка и не могла сдвинуться.

— А ты можешь меня обнимать и носить на ручках? — спросила у Гордея Женя.

— Конечно, с удовольствием. Хочешь обниму прямо сейчас?

— Очень, — Гордей подошел к кроватке Жени, нагнулся и обнял ее. Он полностью закрыл ее, поэтому видна была только маленькая ручка, которая обнимала его. От это картины щемило сердце. Я столько раз представляла себе эту картину и думала, что это из рядя фантастики, что у Жени никогда не будет папы. А тут все так быстро, что я пару раз себя ущипнула, чтобы убедиться в реальности происходящего.

— Ты приятно пахнешь, папа Гордей, — да, это правда.

— Ты лучше, и вообще ты очень красивая. Самая.

— Правда? — стесняясь спросила Женя. Ну хоть стесняться не разучилась.

— Да, очень.

— А вот Мишка из 2 группы говорит, что у меня глаза страшные, потому что разного цвета.

— Надо дать твоему Мишке по ушам. У тебя самые красивые глаза, я таких никогда не видел, — на самом деле глаза Женьки было большой редкостью. Это выделяло её среди всех.

— Я ему так и скажу, когда вернусь. А ты больше не уедешь от нас? — На этом вопросе я еле сдерживала слёзы. Потому что представить, как Женя привыкнет к Гордею, а он просто уедет- было очень больно. Мне сердце можно разбивать сколько угодно, но только не ей.