Книга Сделка-only, страница 80 – Рина Беж

— И представляет это, как королевский подгон?

— Именно так.

Распрощавшись с Димкой, сбрасываю вызов и, не чувствуя ног, плюхаюсь на стул.

Теперь становится кристально ясно, почему бывший женишок так рвет и мечет. С такими вводными он точно ни перед чем не остановится и меня закопает, если понадобится, только бы заставить уговорить Арского разорвать старый договор и подписать новый.

И так же четко я понимаю, что Виктор Алексеевич, как грамотный и здравомыслящий специалист, на это не пойдет. Даже ради меня. Хотя я и сама этого не допущу. И просить ни о чем не буду.

Хватит.

Из-за прошлых махинаций он потерял сестру и зятя. А сейчас может лишиться бизнеса.

Нет уж.

Раз я — дура и нагрешила на уголовное дело, значит буду отвечать… мамочки, как просто рассуждать, обсасывая проблемы кого-то другого, но свои, да еще грозящие сроком… страшно до ужаса.

Кошмар.

Не зная, куда выплеснуть пессимистичные мысли и негатив, потираю озябшие плечи, достаю из стола старые уже не нужные договора и принимаюсь их методично уничтожать. Рву на мелкие кусочки и наполняю мусорную корзину.

Посуды нет, бить, к сожалению, нечего. А я бы с радостью грохнула. Желательно что-нибудь увесистое и хрупкое об одну сволочную блондинистую голову.

И вот чего не жду за своим важным занятием, так это незваных гостей.

Честно, была твердо уверена, что Игнатов останется пределом идиотизма этого дня, но нет. Сюрприз — сюрприз!

— Дверью ошиблись? — приподнимаю бровь, взирая на Маркову, по-хозяйски вплывающую в мою скромную обитель.

Ну как есть, черная лебл@дь с гордо вскинутой головой, хищным взглядом, королевской грацией и ярко-алой помадой на пухлых губах.

— Я никогда не ошибаюсь, — прищуривает брюнетка густо подведенные черным карандашом глаза. — Ни-ког-да.

Пи@дец, какая умница!

Хвалю ее мысленно.

— Чем обязана? — озвучиваю вслух.

Ну раз дама стоит, брезгливо разглядывает мои квадратные метры, но сбегать не торопится, и всё это притом, что ни-ког-да не ошибается, значит, ей явно что-то нужно?

— Вера Владимировна, — боже ж ты мой, мое имя еще никогда не произносили так, будто отплевываются от какой-то гадости. Даже обидно становится. — Скажу один раз. Моё трогать нельзя, иначе придется горько пожалеть. Надеюсь, посыл ясен?

— Конечно, Ольга Васильевна, я — девочка понятливая. Только вот для ясности: это Ваш жених меня не отпускает, а не наоборот. Я про жениха Ивана если что говорю, — не могу не куснуть, — Вы же тоже про него, а не того, который две недели назад у Вас был, когда еще Игнатов был моим?

Тоже мне чистый ангел, которого Ванюша бережет и в койку не тащит. А Виктор, вон, не стеснялся. Топтал почем зря.

— Зря ты дуру включаешь, Орлова! — ого, как быстро леди из высшего общества с «Вы» на «ты» перескакивает, когда её против шерсти гладят, — я тебе не по зубам! А вот ты… как бы тебе не пришлось жалеть…

— Вера, мне твой вид совершенно не нравится. Уставшая, замученная. Может, тебя Игнатов обижает?

Фыркаю.

Бери выше, Виктор Алексеевич! Не Игнатов, а Игнатовы. Сразу оба. Да еще и твоя бывшая принцесска от будущих родственников не отстает.

Но этого сказать не могу. Ничего не могу.

— Глупости, — отмахиваюсь, прикусывая губу. — Никому я не сдалась, не придумывай лишнего.

Выдержать проницательный взгляд серых глаз непросто, потому делаю вид, что занята салфеткой, которую тщательно раскладываю на коленях, а после с интересом разглядываю интерьер места, в которое привез меня Арский, чтобы поужинать.