Книга Жены убийц и их тайная жизнь, страница 102 – Элизабет Арнотт

— Хорошего дня.

Р. Хестон кивает и удаляется. Марго глядит ему вслед и выдыхает не прежде, чем Р. Хестон, миновав двойные двери, оказывается на улице.

Лужайка у дома Фарреров выглядит плачевно: качели с треснувшим сиденьем, ржавый мангал… Элси чувствует странное першение в горле. Впрочем, парадная дверь, на которую Элси поспешно перевела взгляд, недавно выкрашена глянцевой голубой краской, а на крыльце, в глиняных горшках, благоденствуют два оливковых деревца.

И не скажешь, что здесь живет маньяк.

Но разве такое можно было сказать о прежнем доме Элси? И какие вообще признаки у подобного дома – кто знает?

Когда Беверли объявила, что у них есть первая настоящая зацепка, Элси восприняла ее слова со скептицизмом.

— Если человек поколачивает жену, он еще не маньяк. Да и можно ли ей верить, этой Шэрон?

— Я тоже сомневалась – пока она не дала мне вот это.

Беверли, пошарив в сумочке, раскрыла ладонь.

Элси понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, на что конкретно она смотрит.

— Не может быть…

Элси склонилась над вещицей – изящным браслетом с тремя серебряными буковками, прикрепленными к тоненькой цепочке. ЧДИ. Черил Джин Иррера. Справившись с потрясением, выдохнула:

— Как браслет Черил Ирреры попал в машину этого Хэнка?

Ответить себе самой у Элси духу не хватило.

— Шэрон нашла браслет возле педали тормоза – так, по крайней мере, она сказала, – продолжала Беверли. – Браслет мог расстегнуться, когда Черил боролась с убийцей. Короче, девочки: надо побывать у него дома.

— А не лучше ли с этим браслетом пойти в полицию? – задумчиво спросила Элси.

Тогда Беверли сообщила об угрозе Хэнка: не впутывать копов, иначе и Шэрон, и детям несдобровать.

Беверли стучится в глянцевую голубую дверь. На пороге – женщина в халате цвета детской присыпки. Вид изможденный, над скулой разливается багровая чернота – созревает синяк. В уголках глаз – остатки туши, волосы пересушены частыми завивками. Марго от этого коробит. У нее на лице буквально написано: «Вот так бы взяла да расчесала эту паклю, замаскировала бы фингал тональным кремом».

— Спасибо, что пришли, дамы.

Шэрон почему-то говорит детским голоском, и Элси вспоминаются придыхания^[79] Мэрилин Монро.

— Кошмарно выгляжу, извините. Времени не было: только-только Хэнка на работу проводила. Да и не могла я при нем прихорашиваться – он бы сразу неладное почуял.

Пальцы Шэрон непроизвольно касаются лица, и Марго тут же проходит в дом. Это в ее стиле: не смущать человека, не подавать виду, что заметила в нем слабину, будь он хоть робок, хоть пьян. Шэрон отступает, давая дорогу Элси и Беверли.

Так, как Фарреры, живут практически все семьи, чей доход никак не может дотянуть до приписываемого среднему классу. Стандартная планировка (три спальни); стандартные следы ежедневной рутины: немытая посуда в раковине, бейсбольные перчатки у двери, обувь всех сортов и размеров в прихожей. В кухне на столе женский журнал, раскрытый на рубрике «Письма наших читательниц».

«Дорогая Венди, что мне делать, если я подозреваю своего мужа в убийстве четырех женщин?» В воображении Элси Шэрон Фаррер именно так начинает свое письмо в редакцию.

Еще на столе – фотоаппарат, а рядом – упаковка пленки для мгновенных снимков.

— Это наш Питер недавно увлекся, – объясняет Шэрон. – Хочет после школы на режиссера учиться.