Книга Жены убийц и их тайная жизнь, страница 111 – Элизабет Арнотт

Прохожие сдерживали смех, тянули за руки детей, чтобы поскорее миновать Марго, которая продолжала расправу, несмотря на боль в руках.

На очередном ударе она издала гортанный крик.

— Да вызовите же полицию! – сказал кто-то за ее спиной.

«Вот именно, – подумала Марго. – Вызовите полицию. Может, копы достанут треклятое письмо».

С воплем она вновь обрушила биту на почтовый ящик. Пусть ее принимают за сумасшедшую – ей плевать. У нее наметился прогресс. Сталь поддается, щель покорежилась – сейчас расширится, и можно будет сунуть туда руку. Еще несколько ударов – и бита отброшена. Марго едва дышит, шиньон сбился на бок. Ладонью она утерла губы, размазав алую помаду.

Вот ее рука нырнула в щель. Но до писем не дотянулась.

С усилием Марго просунула руку глубже, по самое плечо.

Есть!

Под пальцами зашуршала бумага. Марго ухватила столько конвертов, сколько смогла, вытащила, швырнула на тротуар.

— Что это вы, деточка, такое ищете? – обратилась к ней старушка.

— Конверт с почерком моего мужа, – выдохнула Марго, не отвлекаясь от своего занятия.

Не обнаружив каракулей Стивена, она полезла в ящик за новой порцией. И эти конверты тоже легли перед ней на землю, и Марго стала их переворачивать надписями кверху, пока не добралась до самого маленького, из коричневатой бумаги. Почерк был не слишком похож на Стивена, но нечто в размашистых «Т» вынудило ее остановиться именно на этом конверте.

Марго взяла его, поднесла к лицу. Обессиленная, оперлась на изувеченный ящик. Письмо было на имя редактора «Нью-Йорк таймс». Марго вскрыла конверт, извлекла листок бумаги, который позднее предъявила полицейским. Она скользила глазами по строчкам, страшась увидеть облеченным в слова то чудовищное, что уже было ей известно. Выцепила фразы: «Зона панорамных видов», «перерезанное горло», «простреленные коленные чашечки». Прочла другое признание – о расправе над целой семьей, о еще нескольких перерезанных глотках. Но, разумеется, Стивен в конце свое имя не поставил.

Этим письмом он насмехался над полицейскими, которые его до сих пор не выследили. Но для Марго оно стало тем самым доказательством.

Так что да: мужчинам даны сила и власть. Зато Марго Грин легко берет над ними верх. И то же самое умеют Элси и Беверли, и их троих, ведущих расследование, никому не удержать.

Марго тянется к сумочке и надевает пальто.

Ночь безоблачная; при полной, идеально круглой луне блестят крыши. Беверли и Элси ведут наблюдение за автомастерской. Они ссутулились на виниловых сиденьях, чтобы казаться максимально незаметными. Увы, розовый «Бьюик» Элси едва ли подходит конспираторам. Впрочем, Элси остановила его в относительной тени, за могучим стволом финиковой пальмы. Беверли то и дело вытягивает шею, напрягает зрение. Перед поднятыми массивными воротами ржавеют знаки, рекламирующие моторное масло фирмы «Кендалл»; в глубине видны автомобили, установленные на домкраты; по стенам развешено множество других инструментов, и Беверли вспоминается крюк, на котором покачивалась мертвая Сара Ганн.

Сам Хэнк ходит из угла в угол. Даже на таком расстоянии слышно, как стучат его рабочие ботинки со стальными подковками на мысах; даже в машине ощущаются флюиды взвинченной враждебности, которые испускает это мощное тело. Нечто подобное Беверли однажды уловила в зоопарке, перед клеткой с каким-то хищником из семейства кошачьих. Уже поздно; они с Элси не думали, что Хэнк столько времени пробудет в мастерской. Хотя Шэрон ведь сказала: ему ни один заказ не лишний. Все по их теории: убийца испытывает финансовые трудности.