Книга Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник, страница 187 – Джек Олсен

Иногда она по-прежнему вспоминала его угрозу убить ее, но больше не спала в шкафу, забившись под груду одежды. Ее сны менялись: сначала она убегала от него и смеялась, потом – вырывала у него пистолет и стреляла. Этот сон возвращался до сих пор. Долгое время ее мучило чувство вины – за то, что не смогла дать отпор, не ударила, не выцарапала глаза.

Помощник шерифа Дэнни О’Делл дал ей брошюры о пережитом насилии и помог разобраться с этими чувствами.

— Шелли, не позволяй своему разуму мучить тебя, – сказал он. – Мы, профессионалы, считаем: если ты выжила, значит, ты все делала правильно.

Когда она призналась, что после случившегося муж стал смотреть на нее иначе, О’Делл ответил еще тверже:

— Ты стала жертвой преступления. Не каждый способен это принять. Но это не твоя вина.

Она была благодарна ему.

Теперь она смотрела через одностороннее стекло на шестерых молодых мужчин с равнодушными лицами. Снова впустую. Ни одного из них она не узнала.

Марго Терри напомнила детективу, что во время нападения полгода назад, на склоне под Хай-Драйв, она по его приказу закрывала глаза, но он настоял, чтобы она все равно пришла на опознание. Все прошло так, как она и ожидала: один из мужчин казался похожим по росту и комплекции, но волосы у него были светлее. Она поняла, что начинает гадать, и оставила бланк пустым.

Воспоминания Лейлы Хикс были еще слишком свежи. Всего пять дней назад на Апрайвер-драйв к ней подошел тот самый человек с уродливым дилдо в руках. Она не была уверена, готова ли оказаться рядом с другими пострадавшими – но, оказавшись среди них, сразу поняла, что нет.

Одна из девушек выглядела совсем юной – почти ребенок. Ее бледное, застывшее лицо поразило Лейлу сильнее всего. Она машинально отметила, что у многих были каштановые волосы.

Когда Лейла посмотрела через стекло, она сразу узнала его. Того самого человека, который преследовал ее. От одного его лица у нее перехватило дыхание – в тот день он уже успел выбить ее из колеи перед выпускными экзаменами.

Линн Баркли вошла в комнату последней – одной из почти двадцати женщин. Увидев мужчину, напавшего на нее, она не сдержалась и расплакалась.

После опознания она рассказала детективам о еще одном нападении, о котором раньше не заявляла. И, запинаясь, призналась в поступке, который сама не могла себе объяснить: в какой-то момент она поцеловала его.

Ей сказали, что в качестве свидетеля ее вызывать не будут.

* * *

После долгой, почти бессонной ночи Джей Уильямс решил, что нашел единственный практический выход из положения, в котором оказался его старый друг: Фреду придется во всем признаться. Прятать улики и выдумывать алиби было бессмысленно; изнасилование – не подделка школьных табелей, а высший суд – не средняя школа Сакагавея. Возможно, удастся договориться о признании вины. Его прошлое и семейные связи могут сыграть роль. В любом случае худшим исходом казалось попадание в государственную психиатрическую больницу для сексуальных преступников – именно туда, куда, по мнению Джея, все и шло.

Он позвонил в «Кроникл» и попросил к телефону главного редактора.

— Мистер Коу, – сказал он, – мы можем встретиться?

— Конечно, Джей, – дружелюбно ответил Гордон Коу. – Кстати, сегодня вечером я увижу Фреда. Думаю, он хотел бы снова с тобой поговорить.