Онлайн книга «Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник»
|
Через черный ход вошел Макси и объяснил, что он и Рут переходили улицу, когда кто-то из прохожих крикнул, что записи идут в прямом эфире. — У меня на руках больная женщина, – сказал он Игану, – и она падает в обморок и отказывается продолжать суд. Репортеру показалось, что он, вероятно, опоздал на несколько минут: никакого шума он уже не застал. Перед самым возобновлением заседания корреспондент KHQ подошел к неуклюжему Макси, бывшему чемпиону колледжа по боксу, и услышал в ответ: — Идите в заднюю комнату и посмотрите на мою клиентку. Вам, ребята, плевать на человечность! Макси сообщил судье: — Моя клиентка отказывается позволить мне представлять какие-либо доказательства в ее пользу… Все, кто присутствовал на процессе, знают о ее длительном психическом заболевании, от которого, как следует из показаний, она начала выздоравливать. И потребовал аннулирования процесса. Анна Кул показала, что прежде всего нужна отсрочка: — Чтобы у меня на руках не было самоубийства. Последний час я провела с ней, и она настроена причинить себе вред. По ее словам, когда Рут Коу узнала о радиотрансляции, – она провалилась в яму и не чувствует, что сможет из нее выбраться. Я не знаю, могу ли я достаточно ясно передать вам серьезность ее состояния. Вероятность того, что, услышав эти записи, миссис Коу покончит с собой, чрезвычайно высока. Кул заявила, что пациентке нужно как минимум сорок восемь часов интенсивной терапии, прежде чем можно будет решать, продолжать ли суд. — Последняя защита, к которой прибегает миссис Коу как к способу выживания, – это не слушать эти записи. Для нее это станет последней каплей. Психолог Ричард Денни с ней согласился. Судья Бибб объявил, что считает действия KHQ, принадлежащей семье Коулз, неуважением к суду. Он прервал разбирательство до понедельника и даже заметил, уже почти с иронией, что у себя в Снохомише за такое директор новостей давно бы оказался в «Отеле округа Снохомиш» – то есть в тюрьме. Позже он признал, что относился к заявлениям защиты о суицидальном состоянии подсудимой скептически, но все же решил не игнорировать под присягой данные показания двух психологов. — Я не хотел, чтобы на моих руках была ее кровь, – сказал он. Защитники срочно отвезли Рут Коу в психиатрический центр «Эйт-Норт» при больнице «Сакред Харт», где ее полностью изолировали от внешнего мира. Макси сказал журналистам только одно: — Она чувствует себя комфортно. С ней ее врачи. Это все, что я могу сказать. Тем временем KHQ передала записи трем телесетям, и трансляции были запланированы уже по всей стране. Пациентке об этом не сообщили. * * * После отдыха в выходные миссис Коу вернулась в зал суда, опираясь на руку Кул, переодевшейся в черное платье с белым воротничком, что придавало ей сходство с сестрой милосердия. Репортерам миссис Коу казалась более непринужденной, чем когда-либо за прошедшие с начала процесса семь дней. На ней было белое платье без рукавов, казавшееся тесноватым. Как всегда, она ждала, пока войдет судья, прежде чем сесть. Ее дочь Кэтлин сидела прямо за ней, в первом ряду, и бросала на прессу холодные взгляды. Гордон Коу сидел рядом с дочерью и, казалось, разглядывал стены. Защита вызвала психолога Кул, заявившую, что записи встречи с полицейским под прикрытием свидетельствуют о том, что бред Рут Коу «полностью поглотил ее». Кул обратила внимание на то, как женщина перескакивает с темы на тему в «потоке мыслей», и высказала профессиональное мнение, что миссис Коу могла одновременно находиться в маниакальном и депрессивном состоянии. |