Книга Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник, страница 79 – Джек Олсен

Он подошел ко мне. Я держала трость наготове. Он спросил: «Что ты думаешь о том, как я выгляжу?»

Когда я не ответила, он спросил: «Ты замужем? Как зовут твоего мужа?»

Он лепетал обо всем на свете. Иногда говорил тихо, но, когда волновался, – намного громче. Он рассуждал о философии, политике. Сказал, что ему нравится «Источник» и Айн Рэнд, но я не обращала на него особого внимания. Я знала, что он хочет меня изнасиловать, и просто ищет удобного момента.

Мы подходили к западной окраине парка Манито, а там темно. Время от времени он на меня поглядывал. Он говорил: «У тебя очень привлекательное лицо. Когда я впервые увидел тебя за пару кварталов, я подумал, что ты толстая старая леди».

Я поняла, что он меня преследовал. Мы прошли мимо рощи пихт Дугласа, черных на черном. Он продолжал ко мне подлизываться. Сказал, что выступает за освобождение женщин, втирал мне еще какую-то психологическую чушь, пытаясь заставить расслабиться. Потом снова принялся задавать вопросы: «Тебе нравится, как я выгляжу? Как ты считаешь, я красивый? Сколько мне, по-твоему, лет?»

Я сказала: «О, около двадцати четырех. Ты выглядишь молодо. Твое тело выглядит великолепно».

Он задрал футболку, чтобы показать живот. То казался возбужденным, то снова успокаивался и принимался производить на меня впечатление своими познаниями. Все говорило о том, что он псих.

Мой дом был всего в нескольких кварталах, но это было последнее место, куда я могла пойти: если он увидит, где я живу, с ночным сном можно распрощаться. Он повел меня в парк, к каменным скамейкам. Я сказала себе: «Это глупо, но далеко не так глупо, как позволить ему узнать, где я живу».

«Как ты думаешь, я сексуальный? – сказал он. – Я очень хорошо о себе забочусь. Ты видишь?»

Он схватил меня, засунул язык мне в рот и начал тискать грудь. Я почувствовала какой-то запах и не могла понять, что это. Потом поняла: дезодорирующее мыло. И еще подумала: «О боже, бегуны принимают душ после пробежки!» Я стала от него отстраняться, а потом поняла, что он именно этого и хотел, поэтому не сопротивлялась. Я уже поняла, что у него заниженная самооценка, и подумала: «Если я его оттолкну, он почувствует себя отвергнутым и разозлится, а это даст ему повод начать меня избивать и тащить в кусты для содомии». Забавно, как работает твой мозг, когда ты в опасности. Все эти мысли промелькнули у меня в голове за долю секунды.

Как только он убрал язык, я продолжила говорить как ни в чем не бывало, будто ничего и не произошло, чтобы он понял: я не напугана и не шокирована. Я попыталась лишить его возможности разозлиться. На лице у него появилось озадаченное выражение. Я подумала: «Отлично! Ты поступила верно! Продолжай в том же духе!» А потом взмолилась: «Боже, наставь меня, как правильно поступать». Я сказала себе: «Кэсс, шевели мозгами. Шевели мозгами!»

Он снова меня поцеловал. Когда он оторвался, я встала со скамейки. Я подумала, что это точка кипения: либо он отпустит меня домой, либо прямо сейчас изнасилует. Я подумала, что, может быть, мне стоит закричать, но возле этого фонтана по вечерам вечно кричат дети. Соседи не обращают внимания. Потом я поняла, что он что-то говорит.

«А?» – сказала я.

Он сказал: «Я хочу отвести тебя в кусты и вылизать твою мохнатку».