Книга Убийца со счастливым лицом. История маньяка Кита Джесперсона, страница 62 – Джек Олсен

Когда Кит вернулся из двухдневной поездки на охоту, мать сказала: «Я же просила тебя не оставлять здесь свой чертов мотоцикл!» Лес был в критическом состоянии, с травмами внутренних органов. Он потерял управление на повороте и слетел в канаву.

Несмотря на натянутые отношения, Кит не мог представить жизни без отца и в панике помчался в больницу. «Отец был весь в бинтах и трубках. Он едва мог говорить. Он прошептал: “Кит, я беспокоюсь насчет байка”. Я сказал: “Брось, пап, беспокойся лучше о себе. Байк можно починить”. Он ответил: “Меня не это волнует. Поезжай назад и избавься от бутылки, пока страховщики до нее не добрались”.

Я поехал к фермерскому амбару, куда временно оттащили разбитый мотоцикл, и нашел бутылку виски “Сигрэм” с остатками на дне и упаковку из шести банок пепси – одна была наполовину полной. Я понюхал ее: пахло виски и колой. Я знал, как они пахнут. Я снял обтекатель и разбрызгал вокруг багажника бензин, чтобы скрыть запах.

Двадцать минут спустя приехали копы, осмотрели байк и разрешили мне его забрать. Фермер помог мне поднять его в кузов пикапа с помощью переднего погрузчика. Я вернулся назад к отцу и спросил, почему он нарушил обещание. Он сказал: “Я не пил, Кит! И не поднимай больше эту тему. Какой-то водитель столкнул меня с дороги – он ехал на зеленом «Тандерберде 68». Я не пил!”

Я знал, что это чушь собачья, но позволил ему договорить. Он сказал, что какое-то время не сможет работать и за наш бизнес придется отвечать мне. Он пообещал хорошо заплатить. Когда я приехал домой, мама сказала, что я буду ей нужен, и я снова переехал к родителям. Отцу пришлось носить повязку на глазу, и он заставил меня продать мотоцикл. Сказал, что видеть его не может. А деньги от продажи пошли на уплату семейных счетов.

Сегодня он говорит людям, что у меня храбрости не хватило пойти своим путем и я вернулся под крылышко к маме с папой. Это неправда – они сами меня попросили. Ему долго пришлось ходить с повязкой на глазу, и врачи сказали, что если он не бросит пить, то не проживет и года. Он говорил, что завязал ради мамы и нас, детей, но на самом деле ему просто не хотелось умирать.

Пока отец не мог работать, я вкалывал семь дней в неделю от зари до темна, а порой и позже. Так я жил почти год. У меня было странное чувство, что я не совсем человек – скорее один из отцовских инструментов, аксессуар. Из-за глаза отец не мог управлять строительной техникой.

Когда мне потребовалась новая операция на стопе, пришлось продать наш экскаватор. Отец сказал, что не беспокоится – трейлерный парк “Серебряная шпора” сделает нас богатыми людьми».

К осени 1974 года Кит бросил всякие попытки завязать постоянные отношения с девушкой и поспорил со своим приятелем Билли Смитом, что они оба не женятся до тридцати лет. Он списывал это на отсутствие обаяния и утонченности и ограничивался легким флиртом. В девятнадцать лет он считал, что длительные отношения – не для него.

Глупая ошибка повара в ресторане быстрого питания заставила его меньше чем за неделю изменить свое мнение. В «Лэриэт Барбекю» в Северной Якиме он познакомился с Роуз Перник – семнадцатилетней ученицей старшего класса школы. Она была темноволосая, симпатичная – пятьдесят килограмм дружелюбия и шарма. Роуз выросла в сталелитейном городке Восточный Чикаго, Индиана, и говорила со среднезападным акцентом.