Книга Убийца с реки Дженеси. История маньяка Артура Шоукросса, страница 302 – Джек Олсен

Я также помню его как жалкое существо – у него никогда не было будущего, он жил здесь и сейчас и в своих фантазиях. У него была глубокая внутренняя потребность быть Рэмбо, убивать врагов, сжигать их женщин. Я не уверен, что он смог бы выжить без этой веры. Это было его «достижение», как он сам выразился.

После того как я составил отчет, меня втянули в беседы с несколькими моими коллегами по психиатрии. Я сказал им, что мне потребовалось пятнадцать месяцев, чтобы начать понимать Шоукросса, и написать отчет в двадцать тысяч слов, чтобы объяснить то, что я узнал, и то я все еще не полностью уверен в своих выводах. Я подчеркнул все то, чего мы до сих пор о нем не знаем и, вероятно, никогда не узнаем. Я подчеркнул, что серийным убийцей его не сделал только лишь криптопиррол, или лишняя Y-хромосома, или определенные психологические и неврологические недостатки, или своеобразный социопатический панцирь, сформировавшийся в то время, когда он был ребенком-изгоем. Он убивал из-за сложного набора причин, в котором играли роль все эти факторы, а может быть, еще и другие. Именно весь этот «набор» превратил его в убийцу, начиная со случайности его зачатия, приведшего к появлению на свет.

Кто способен постичь каждую деталь нашего поведения? Драматург Теннесси Уильямс говорил про написание сценариев: «Должна оставаться некоторая тайна». Он мог не волноваться на этот счет. В любом исследовании человеческих существ обязательно остается некоторая тайна.

Меня всегда будет беспокоить дело Шоукросса – ведь гибель невинных людей, страдания жертв и их близких, все это можно было предотвратить. С самого детства об убийце было известно очень много. Странности у него начались со второго класса, а может, и раньше. В тюрьме эксперты неоднократно предупреждали, что он опасен. Несколько анализов показали бы причину этого.

Моя самая большая надежда заключается в том, что люди извлекут уроки из этой истории. Что, если ваш шести– или семилетний ребенок ведет себя как «чудик» – как навязчивый, жестокий, невосприимчивый дикий зверь у вас в гостиной? Не стоит ли провести несколько исследований? И если анализы показали тот же самый общий профиль, не стоит ли внимательно последить за этим ребенком, дать ему некоторые дополнительные рекомендации и отправить на психотерапию? Разве это не важно?

Разве это не могло бы спасти чью-то жизнь?

Я постоянно думаю – какая это душераздирающая история. Джек Блейк и зола в подошвах его ступней. Карен Энн Хилл и ее кролик. Стольких жертв объединила болезнь: проститутки, некоторые с психическими расстройствами, некоторые со СПИДом, работающие на улице ради сутенеров и своих привычек. Все эти люди слились в маленькое серое сплетение несчастий, болезней, бедности, зависимостей, отчаяния.

Так что это история об очень многом, но разве, по большей части, она не печальна?

1.

Большую часть фотографий Карен, своей убитой дочери, Хелен Хилл потеряла во время пожара. Немногие уцелевшие снимки почернели по краям и хранились в запечатанном пакете вместе с обугленным извещением о похоронах. От пакета исходил слабый запах сгоревших цветов.

— Я чувствую запах каждого лепестка, – сказала мать, – особенно роз и гвоздик. – Она немного картинно выдохнула, когда гость уловил сладковатый пыльный запах и кивнул.