Книга Признание в убийстве, страница 116 – Лия Миддлтон

Она вытягивает руки в их сторону ладонями вверх и легонько качает головой:

— Неужели вы не понимаете? Они выбирали таких людей, которые, по их мнению, испытывают те же чувства, что и они. Они выбрали нас, потому что были твердо уверены в своем представлении о справедливости: око за око. Жертва должна стать той, кто нажмет на курок.

Уайлд подпирает рукой подбородок, согнутые пальцы прикрывают губы. Она вздыхает, разглядывая фотографию.

— Почему ты не пыталась выяснить, кто они такие, раньше? – задает вопрос Брэннан. Уайлд прищуривается, поднимает глаза от фотографии к Эмилии и внимательно следит за ней.

— Я… Не знаю. Я не могла думать. Не так, как обычно анализирую любое другое дело. Я не могла позволить себе вспоминать. До сегодняшнего дня. Пока не заставила себя окунуться в воспоминания. Я не смогла найти видеоролики с их участием или что угодно еще, чтобы я сумела опознать их голоса, но уверена, что это они.

— Они никогда не говорили с прессой напрямую, – произносит Уайлд. – Все проходило через специалистов по делу.

— Это они. Мужчина и женщина, которые за всем этим стоят. Я просто уверена в этом.

Уайлд продолжает следить за ней немигающим взглядом.

— Спасибо, что донесла все это до нашего сведения, – говорит она, отодвигаясь на стуле, чтобы встать, железные ножки царапают по грубому полу.

Эмилия вскакивает на ноги.

— Вы проведете с ними допрос? То есть… Если найдете их. Они могли сбежать.

Уайлд бросает взгляд на Брэннана, делающего огромный глоток чая, и он быстро встает, опуская кружку на стол с тяжелым стуком.

Уайлд берет свою тетрадь, страницы которой испещрены торопливыми заметками. Затем она складывает фотографию, аккуратно подсунув ее под обложку.

— Мы позаботимся об этом, Эмилия.

Они разворачиваются и выходят из кухни, Эмилия провожает их по коридору до самой двери.

«Пожалуйста, позволь полиции найти их, – повторяет она в своей голове. – Пожалуйста».

6 декабря, 8:45

Эмилия прикрывает лицо, отвернувшись от окна, даже несмотря на то, что стекло затонировано. Толпа перед участком полиции не такая огромная, как показывали по новостям, но все равно здесь полно людей с транспарантами, требующими правосудия. Мать Райана все еще тут. Киран говорит, она приходит сюда каждый день.

Автомобиль сворачивает на съезд, огибающий позади полицейский участок и упирающийся в ворота. Они распахиваются, и машина въезжает внутрь. Эмилия наклоняется, чтобы посмотреть в противоположное окно. Никто из толпы не идет в эту сторону? Что будет, если они поймут, что она здесь? Какое именно сегодня вынесут решение о том, понесут ли она и Изабелла наказание? Может быть, они уже в курсе.

Ворота закрываются за ними, и она выдыхает. Последняя пара недель выдалась странной: она была одновременно поглощена происходящим и при этом защищена от этого. Завернута в плотный кокон, сокрыта от глаз толпы, от мнений и оскорблений. До этого момента она не могла покинуть дом родителей: журналисты все еще находились снаружи, как и редкие протестующие с лицом Райана на груди, хотя им уже вынесли предупреждение не являться по этому адресу. Но внутри дома она была в безопасности. В первую неделю, когда Эмилия часами смотрела в окно, ожидая, что что-то может случиться, ужас от тревоги поселился у нее внутри. Они действительно испарились. Они остановились – предпочли скрыться вместо того, чтобы мстить, как обещали. Может быть, вся их угроза была пустышкой. Вот почему у нее появилась возможность использовать то, что ей дали – укрытие, – на максимум.