Книга Что случилось прошлой ночью, страница 100 – Лия Миддлтон

— Я этого не делала. Я не выходила из дома.

— Наоми…

— Пожалуйста, – выдыхаю я, поднимая на него глаза. – Пожалуйста, поверь мне. Я не сделала ничего плохого!

— Ладно, ладно, ладно. Успокойся. – Эйден гладит меня по плечу. – Я тебе верю.

Позволяю ему заключить меня в объятия и пытаюсь унять дрожь в теле. Эйден может ее почувствовать.

— Прости, – говорит он, и дрожь в его голосе отдается грохотом в груди. – Я просто хочу знать, где она.

Сжимаю губы, пытаясь подавить очередной всхлип. Я больше так не могу. Не могу продолжать лгать. Не хочу до конца жизни следить за своими словами, помнить, кому и что я солгала, отчаянно бороться за поддержание иллюзии.

— Я, пожалуй, пойду. – Эйден целует меня в макушку.

Он выпускает меня из своих объятий, и теперь я – лодка, оторванная от причала, дрейфующая по морю.

— Эйден?

Он останавливается, вцепившись пальцами в дверную раму, и оглядывается через плечо. Он все еще плачет – следы слез отчетливо видны на его светлой коже.

— Переночуешь у меня? – спрашиваю я.

Он ничего не говорит. Просто какое-то время пристально смотрит на меня, ссутулив плечи, затем поворачивается и заходит обратно в дом, закрывая за собой дверь.

Знаю, мне следует чувствовать себя виноватой. Из-за Руперта. Добрый, милый Руперт. Но когда я веду Эйдена наверх, в кровать, которую мы делили, когда он был моим мужем, а я – его женой, я не испытываю никакой вины. Никакого стыда. Когда мы ложимся вместе в постель и Эйден заключает меня в объятия, я получаю возможность все забыть. Я могу отмахнуться от потерь, горя, гнева и предательства и снова стать Наоми. Мы – Эйден и Наоми, и я могу притвориться, что Фрейя спит наверху, в безопасности в своей спальне. В этот момент – в моем сознании – ко мне вернулась моя семья.

Мы – все те же. Наоми и Эйден. Те же, что и всегда.

— Наоми? – тихо зовет меня он, словно собирается поведать тайну.

— Да?

Эйден зарывается лицом в подушку и бормочет что-то.

— Я тебя не расслышала…

Он пожимает плечами.

— Что ты сказал? – Я глажу Эйдена по спине, пытаясь вытянуть из него секрет. Он смотрит на меня, и его глаза кажутся такими зелеными на фоне ослепительно белой подушки.

— Я сказал… я все еще люблю тебя.

Комната наполняется белым шумом. Губы Эйдена шевелятся, но я не слышу, что он говорит. Только его признание «Я все еще люблю тебя» звенит в моих ушах снова и снова. Хочу заговорить, но знакомая паника сжимает горло, лишая меня дара речи.

Это ничего не значит. Он не бросит ее. Не вернется ко мне и не восстановит все так, как было. Мы не сможем вернуться к прежней жизни, потому что все изменилось. Жизнь изменилась. Мы изменились. Мы не те, кем были, и никогда уже ими не станем.

И все же…

— Наоми? – На этот раз его рука у меня на спине, его пальцы рисуют круги, от которых по моему позвоночнику пробегает дрожь. – Ты ведь знаешь это, да?

Знаю ли я? Знаю ли я это? Я знаю, что Эйден ушел, потому что его подтолкнули, а не потому, что он этого хотел. Знаю, что он проходил вместе со мной через все, пока его терпение не закончилось. Знаю, что он любил меня больше, чем я того заслуживаю. Но любит ли он меня до сих пор? Теперь, спустя столько времени? После всего, что произошло?

— Нет, не знаю, – тихо отвечаю я, избегая смотреть ему в глаза и вместо этого обводя пальцем родинки на его предплечье. – Я не понимаю, как это возможно. Ты…