Книга Что случилось прошлой ночью, страница 99 – Лия Миддлтон

Не думай о ней, Наоми.

Я снова тянусь к Эйдену, но на этот раз глажу его по щеке, шершавой от щетины. Он перехватывает мою руку, но не убирает ее в сторону, а прижимает крепче к своему лицу. В его глазах плещутся эмоции, которые я не могу точно определить.

— Я просто… Хелен пришлось вернуться в Лондон по работе, и вчера я остался один и почувствовал себя… таким виноватым.

— Виноватым?

— Мне пришла в голову мысль, что если б мы все еще были вместе… Если б я не ушел, Фрейя все еще…

— Не говори так.

— Фрейя все еще была бы с нами.

Вот оно.

Его слова захлестывают меня волной, слишком высокой, чтобы преодолеть ее, слишком сильной, чтобы проплыть под ней, и я падаю ему на грудь и рыдаю. Все мое тело сотрясается от этих громких, всхлипывающих рыданий. Теплая шерсть его джемпера становится влажной, когда Эйден обнимает меня и прижимает к своей груди, а я плачу еще сильнее. Его подбородок покоится на моей макушке, и по дрожи в его теле я понимаю, что Эйден тоже плачет.

Вот что было в его глазах: сожаление. Если б только он не ушел. Если б только со мной не оказалось так трудно жить. Если б только мы оба усерднее старались сохранить семью, Фрейя все еще была бы жива.

Я бормочу, уткнувшись ему в грудь.

— Я тебя не расслышал. – Эйден шмыгает носом.

Поднимаю голову.

— Я сказала, что ты не виноват. Ты ни в чем не виноват. Ты ушел, чтобы защитить Фрейю. Я была… я была не в себе. – Новый поток слез льется из моих глаз. – Я и сейчас не в себе. Прости, Эйден.

Он крепко хватает меня за плечи и слегка встряхивает.

— Это была не твоя вина – ясно? Ты совершала ошибки, но и я тоже. Мне следовало оказать тебе больше поддержки, проявить больше понимания…

Я всхлипываю, давлюсь рыданиями, и Эйден притягивает меня обратно к себе, но мне хочется лишь рухнуть на пол и сидеть среди обломков моей жизни. Родители, муж, дочь: все безвозвратно разлетелось на миллион осколков, которые я никогда не смогу собрать воедино. С тех пор как распалась наша семья, в моей жизни всегда присутствовала тихая тупая боль, но с тех пор, как умерла Фрейя, мое сердце словно сжала безжалостная рука.

— Наоми?

Мне требуется мгновение, чтобы взять себя в руки. Я сосредотачиваюсь на том, как рука Эйдена гладит мои волосы, а его подбородок лежит на моей макушке.

— Да? – шепчу я, прижимаясь щекой к его груди и вдыхая его любимый запах «Олд Спайс». Но к аромату примешивается что-то еще: что-то другое, но знакомое.

Сигаретный дым.

Эйден снова начал курить. Он бросил вскоре после нашего знакомства, но когда умер мой папа и я стала тревожной и замкнутой, я однажды почувствовала исходящий от Эйдена запах сигарет. Хотя я так ничего ему и не сказала. У каждого из нас свои способы справиться с горем.

— Я только хотел добавить, что… что бы ни случилось, ты можешь рассказать мне правду.

Пальцы, сжимающие мое сердце, усиливают свою хватку.

Он думает, что ты лжешь. Я была права: он подозревал меня с самого начала.

— Что?! – Я резко отстраняюсь от него, но он удерживает меня за плечи.

Паника поднимается в груди. Как я могу солгать? Взять и плюнуть ему в лицо?

Потому что у тебя нет выхода.

— Ты можешь сказать мне правду. Если ты что-то сделала, ты можешь сказать…

— Ты думаешь, я лгу?!

— Я не говорю…

— Я не лгу!

— Я просто имел в виду… если ты оставила Фрейю одну на более долгое время, чем нам говорила, или пошла куда-то без нее, или…