Книга Леди в желтом, страница 36 – Ли Алам

Мертвые ничего не чувствуют. И в этот момент вместо Чхонхи чувство стыда испытала Кёнэ. Ее внутренний голос повторял, что это не унижение, а лишь необходимая для науки процедура. Но тогда почему она испытывала чувство стыда? Настроение было испорчено, и она отвела взгляд в сторону.

— Следов изнасилования нет. Судя по состоянию мышц и помутнению роговицы, с момента смерти прошли примерно сутки, – сказал Тона.

— Преступление произошло прошлой ночью. Домработница сказала, что видела хозяйку в семь часов вечера. А если принять во внимание рассказы свидетелей, то все произошло после двух часов ночи.

— Тогда будем считать, что смерть наступила между двумя и пятью часами ночи. На бедре у жертвы небольшой ожог первой степени, скорее всего, от супа или горячего напитка. Больше ничего необычного. Приступаю к вскрытию.

— Подожди.

Оба мужчины посмотрели на Кёнэ. К горлу подступил ком слез. Ее жених проводит вскрытие, и он здесь главный. Инспектор пытается как можно быстрее раскрыть дело. Им обоим все равно, что чувствует в это время единственная среди них девушка. Кёнэ все время будто балансировала между симпатией и безразличием.

— Можно я сама один раз осмотрю тело?

Тона немного отошел в сторону. Кёнэ посмотрела на тело и на какое-то время успокоилась. Этому мертвому человеку, а точнее мертвой девушке, было двадцать два года. У нее были какие-то желания, будущее, о котором она мечтала. А кто-то ворвался в дом, задушил ее и за какие-то несколько минут все это разрушил. Разбил вдребезги и исчез неизвестно куда. Если она не начнет сейчас думать о том, кто и зачем это сделал, то это навсегда останется тайной. Кёнэ принялась спокойно изучать тело.

— Нашли что-то новое?

Девушка не ответила. Она достала пинцет, направила его в рот покойной и достала маленькие, незаметные глазу, осколки стекла. Инспектор стоял с растерянным видом.

— Что это?

Тона, поймав на себе взгляд инспектора, лишь непроизвольно пожал плечами. Кёнэ осторожно положила осколок на поднос.

— Во рту и на языке есть небольшие раны. На языке это порезы, а вот на уголках рта раны похожи на повреждения в результате трения.

Тона наклонился и еще раз осмотрел лицо трупа. В уголках рта, как и говорила Кёнэ, были маленькие раны. Настолько маленькие, что их практически невозможно было увидеть, если не приглядываться. Было заметно, что кожа содрана каким-то предметом.

— Действительно, раны такие, будто по ним прошли каким-то маленьким предметом. Какая ты молодец!

Инспектор почесал голову.

— На месте преступления мы нашли платок, пропитанный опиумом. Этим платком усыпили жертву.

Тона покачал головой.

— Платок не подходит ни по размеру, ни по расположению повреждений. Его могли использовать как кляп, чтобы жертва не кричала.

«Но ее не связывали», – подумала про себя Кёнэ. Она поняла, что придется показать и остальные ее находки.

— Вот здесь видно, что срезаны волосы. Можно предположить, что это не попытка подровнять или изменить прическу, – сказала Кёнэ, указав на то место, где у жертвы был срезан большой клок волос.

— Женщины и правда более внимательны.

Инспектор Сато не скрывал восхищения. Тона в это время сложил в конверт для улик осколки стекла, а затем описал в журнале характерные признаки ран во рту жертвы и срезанные волосы.