Книга Леди в желтом, страница 79 – Ли Алам

— Я тебе ноги переломаю! Где ты этому научилась, дрянная девчонка?

Кёнэ бросилась по коридору, широко шагая, будто по горам в поисках новых насекомых. Мужчина обернулся на звук шагов.

— Вы?! – крикнул он и злобно посмотрел на Кёнэ.

— Прошу прощения, а вы кто?

Мужчина нахмурил брови.

— Кто я? Я отец маленькой девочки, которую вы похитили.

Все-таки нашли. Кёнэ пыталась понять, где они себя выдали. Наверняка их могли заметить те зеваки около гостиницы. Но могли проболтаться и посыльные или подчиненные инспектора, которые не раз приходили сюда после обнаружения тела.

Занятия в школе для девочек должны начаться пятого апреля. Окхва уже сдала все экзамены и показала прекрасные результаты. Тетушка из Кёнсона пообещала оплатить учебу. Все складывалось идеально. Если только исключить этого мужчину, который стоял перед Кёнэ.

— Дорогой… – вдруг осмелилась заговорить мать девочки.

Было не совсем понятно, то ли она пытается успокоить своего супруга, то ли показать дочери, что ее жизнь под присмотром другой женщины никто не считает похищением. Мужчина цыкнул, злобно посмотрел на жену, и она тут же замолчала. Кёнэ так и осталась в неведении, что же хотела сказать эта женщина.

Кёнэ повернула голову, будто предлагая взглянуть на дверь комнаты, где жила Окхва. Она была вся раскурочена, словно специально. Наверное, сначала была попытка психологически воздействовать на ребенка, закрывшегося в комнате, а потом уже перешли к действиям.

— Воры! Я пришел увидеть свою дочь. У вас что, нет родителей?

— Послушайте! Как такое можно говорить! – не выдержав, закричала хозяйка гостиницы.

Мужчина съежился, но потом, стыдясь своей минутной слабости, побагровел от злости.

— Уходите! Иначе я вызову полицию! – сказала Кёнэ уверенно.

Это было больше похоже на блеф. Вряд ли инспектор Сато Масита отправит к ней наряд из-за такого пустяка. Кроме того, ради Кёнчжина и его теневых дел не стоило допускать сюда японскую полицию.

— Хотите звать – зовите. Все эти японские прихвостни чьи-то сыновья или отцы. Посмотрим, как они арестуют человека, который приехал к собственной дочери.

Теперь блефовать начал разъяренный отец. Все понимали, что сегодняшняя разборка не для полиции. Для Кёнэ все происходящее в коридоре выглядело не более чем неинтересной игрой или затянувшейся пьесой. Обе стороны знали, что полиция не будет их слушать. И каждый из участников сцены понимал, что оппоненты тоже все видят, знают и понимают. Но никто не хотел отступать, продолжая врать и запугивать противника. Со стороны это выглядело как театр абсурда.

Мужчина сделал шаг назад, проведя рукой по седым волосам. Он выдохнул и заговорил с мольбой в голосе:

— Послушайте. Не знаю, поверите мне или нет, но я приехал сюда с мыслями о дочери. Думаю, девяти классов девочке достаточно. Но она, видите ли, хочет идти дальше. Она так замуж не выйдет. А если и удастся найти жениха, то кому в доме нужна образованная невестка? Я не могу смотреть на то, как ее жизнь летит в пропасть.

В его словах была доля истины и убежденности в том, что он лучше знает, как должна жить его дочь. Но так он выглядел менее достойно, чем когда кричал и стучал ногой в дверь.

— Не знаю, о чем вы говорите. Я здесь живу одна. Кроме меня и хозяйки, в гостинице никого нет, – ответила Кёнэ решительно.