Книга Колыбель Мрака, страница 160 – Настя Полос

— Ты мала, дитя, – Руун отбивался, но не нападал. Его снисходительный тон еще больше злил Теодору. – Не видишь ничего, кроме мести. Ослеплена яростью и убиваешь себя!

— Научилась у тебя, отец! Разве не ты уничтожал инурийцев, забыв о своем ребенке?

Теодора отчаянно размахивала клинком, чередуя с когтями. Черные ленты нападали на Рууна, но тот отбивался от них. Облачко разрывал теневых собак, но те восставали вновь. Мраки бросались друг на друга, мешая подобраться ближе. Магия иссякала, пока я прорубал себе путь. Мир вращался, виски сдавливало, дыхание становилось тяжелей. Но я все равно следил за Теодорой.

— Бейся со мной! Бейся, а не сбегай!

Гнев Теодоры питал землю, заставляя ее дрожать. На каждый выпад с ее губ срывался истеричный крик, выдавая всю боль и противоречия. Не давая себе думать, Теодора метила Рууну в сердце.

— Отпусти Колыбель! Ты сгоришь!

— Сдохни уже наконец!

Теодора вскинула меч и разделила его на два клинка. Развела руки в стороны и обвила их поводьями тьмы. Сделав замах, она пустила их в сторону Рууна, и пока клинки достигали цели, побежала вперед, формируя в руках черный сгусток.

Руун отбился серпами, но от мрака увернуться не успел. Колени подогнулись, и в то же мгновение Теодора ударила ладонью по его лицу. Огромные полосы разорвали кожу. Но Руун повернулся к своей дочери, решая смиренно принять смерть, глядя той в глаза. Клинки вновь оказались в ее руках.

Несколько секунд она смотрела на него, а потом соединила меч.

Руун зашептал молитву.

Я бросился вперед, но Теодора заметила меня. Гамма эмоций пробежала по потерявшему человечность лицу.

«Ты не остановишь меня», – зазвучало внутри.

Когти направились в мою сторону, тьма почти сорвалась с руки, но не успела, останавливаемая голосом:

— Я убью ее.

Имран, залитый кровью, с оторванной кожей лица, стоял, шатаясь, но при этом крепко держал Ранилу. Кончик тонкого кинжала почти проткнул дэвольскую кожу.

Аастор слабо скалился, готовый нанести удар. Но не решался, боясь не успеть.

— Я же сказал уходить! – сказал я, глядя на брата.

Тот вымученно улыбнулся.

— Моя Меках нуждалась во мне. И мой брат тоже.

Теодора следила за Имраном, а потом усмехнулась.

— Ты не сделаешь этого.

А потом молниеносно ударила в грудь Рууна.

Но перед ней вырос я, наваливаясь телом на дэвола и замирая перед клинком.

Острие вошло в кожу, но застыло.

Меч дрожал, руки напряглись, то ли заставляя остановиться, то ли желая закончить. Глаза, в которых отражалась мрачная ночь, бегали по моему лицу.

Я же смотрел на нее спокойно, готовый принять любое решение. Но я знал, что она поступит правильно. Я верил, что моя Теодора, та женщина, что учила меня плавать, что позволила себя полюбить, все еще здесь.

— Отойди, – прозвучало надломленно.

Никого, кроме нас, больше не существовало. Мир сузился, оставляя только ее – для меня и меня – для нее.

— Нет.

— Почему? – чуть ли не плача спросила она. – Почему ты защищаешь его? Он зло! Он ваш враг! Он убил ее…

— Потому что знаю, что ты себя никогда не простишь. Хватит, Тео.

Слезы покатились по ее лицу, она прикрыла глаза. Все остальное померкло. Меня ничего не волновало и не держало в этом мире, кроме нее.

А вот она… уходила. Для нее жизнь утратила смысл, она считала себя настоящим чудовищем. Вокруг был обман и тайны. Все, кому она доверяла, ей лгали. Дэволы, инурийцы и я… У нее больше не осталось якорей в этой жизни. Меня было недостаточно.