Книга Князь плесковский, страница 107 – Александр Мазин

— И где он нынче, наш отрок? — спросил с моей подачи Лосенок.

А на берегу, сообщил пленник. Будущие завоеватели Плескова заморачиваться не стали. Сарай там приметный, с пятном горелым на стене. В нем его и держат.

А почему на берегу?

— Так там лодки, — пояснил пленник причину выбора. — За ними все равно следить надо. Вот и за вашим тоже приглядят. Он же никакущий. Взяли как дитятю. Запросто.

И опасливо поглядел на Стега, который только что запросто взял его самого.

Самый простой план немедленно озвучил тот же Вихорек: наскочить верхами, по пути стреляя и рубя всех, кто попадется, забрать Палийку, и ускакать.

План я забраковал. Тропка, по которой мы сюда пришли, была далеко не идеальна для верховой езды и вела не к лагерю ворогов, а мимо, к рыбачьему поселку, который располагался в полупоприще и который эсты разграбили, перебив всех, кто не успел сбежать в лес. Оставили только с десяток баб. Понятно, для чего.

Нельзя сказать, что путь из поселка во вражеский лагерь был таким уж непроходимым. По нему даже коней провести можно, на поводу, аккуратно. А вот галопом, через заросли — не вариант. А уходить в этом варианте придется именно галопом.

Пока я думал, Стег собрался перерезать горло пленнику. Я не дал.

Потому что у меня возник план.

— Не торопись, — сказал я Измору. — Одежку замараешь. Не надо на лошадях. Пешочком все сделаем. Лошадки нас здесь подождут. А пойдем-ка мы с тобой, Стег, еще разок на бережок поглядим.

Поглядели. На опустевшее селение. На лагерь вражеский, который раскинулся просторно на большом поле дальше по берегу. Вода нынче держалась высоко, почти добравшись до огородов. Деревья ближе к озеру стояли по кроны в воде.

Помимо деревьев у берега отчетливо наблюдались большие лодки. Привязанные, надо полагать. Мне отсюда не разглядеть. Одиннадцать штук.

Двенадцатая на якоре метрах в тридцати от берега. Насколько я мог судить, ее экипаж занимался рыбной ловлей.

Сторожа при лодках наличествовали. Не соврал пленник. Имелся и сарай с подпалиной, в котором по словам пленника, держали Палийку.

Я улыбнулся. План отхода напрашивался сам.

После возвращения Измор свернул шею пленнику: бескровный вариант, одежда не замаралась.

— Из этого озера по воде куда-то попасть можно или оно закрытое? — спросил я у Сома.

— Так в Великую же, — сообщил проводник. — Речка из него вытекает и как раз в Великую и впадает. Летом по ней не пройти: там вороне по колено, а нынче можно, вода высоко стоит. Хотя, — добавил он подумав: — Ваши лодьи все одно не пройдут. На перекатах сядут даже по большой воде.

— Значит на лодьях не пойдем, — усмехнулся я. — Но поплавать придется.

Слыхал я в прошлой жизни о великом японском фехтовальщике Миямото Мусаси. Тот, помимо того, что изобрел боккен, был замечательным мастером боя без боя. Например однажды, вызванный на поединок неким самоуверенным самураем, он, в лучших скандинавских традициях, предложил нахалу дуэлить на острове. А когда они подплыли к острову, вежливо предложил сопернику сойти первым. А когда тот спрыгнул на берег. Мусаси от острова отчалил.

Мой план был отчасти похож на финт этого японца. Вот только лодок в нашем варианте было многовато.

— Не успеем, — засомневался Стег. — Лодки немаленькие, доски в днищах крепкие. С первого раза не прорубишь. Борта разве что, но все равно если с каждой возиться… Нет, не успеем вчетвером. Набегут.