Книга Князь плесковский, страница 23 – Александр Мазин

— Что делать? Для начала закроем ворота и начнем готовиться в обороне, — распорядился я. — Сколько их, Борич?

— Конных шестеро и пеших под сотню, — ответил варяжонок, сообщивший новость. — До них еще стрелищ десять. Мы как увидели, сразу сюда.

Десять стрелищ — это пара километров. Для пехоты около получаса, если не спешить.

— С обозом идут?

— Есть телеги. И немало. В хвосте.

— Эт хорошо, — хохотнул кто-то из хускарлов. — Может там, в возах, наше пиво?

Типичный взгляд викинга. «Какой прекрасный доспех! Вытряхну франка, который в нем сидит, и буду носить!»

— Оспак, эстов сюда!

Вид у пленных был не бодрый. Похоже их забыли не только допросить, но и покормить. Или так и задумано?

— Сюда идет отряд в сотню копий, — сообщил я. — Кто это?

Молчат. Переглядываются.

— Ваши? — уточнил я.

Молчат. Боятся.

— Витмид, их уже допрашивали? — спросил я.

Хольд мотнул головой.

— А они вообще меня понимают?

Пожал плечами.

— Вы меня понимаете?

Этот диалект германско-скандинавского, как мне казалось, знают все. Казалось.

— Вы меня понимаете? — спросил я уже по-словенски.

Один отозвался.

— Понимать. Плохо. Не убить. Кушать.

Понятно. Развернутого диалога не получится. Хотя… У меня же кирьялы имеются. А у них со здешними язык похожий. Вроде бы.

— Меткий!

— Конунг! — Лучший кирьяльский стрелок, протиснулся сквозь шеренгу рослых варяжат.

— Попробуй с ними поговорить. На своем, если получится.

Может зря я отца Бернара не взял? Вот кто у меня полиглот из полиглотов.

К счастью Меткому разобрать лопотание пленных удалось. И предположение, кто к нам решил наведаться, от них поступило.

Подмога на заставу идет. Смену везут и припас всякий. Осень начинается, дожди, грязь непролазная. Пока морозом не прихватит, от дорог даже «направлений» не останется.

Еще новость: Тармо весточку дядюшке отправил. И он оказался еще более самонадеянным, чем я предполагал. Написал: мол, небольшая проблемка возникла, купцов родных изобидели. Но тревожиться не о чем. Он разрулит.

Плохая примета: посылать победные реляции заранее.

Пленных загнали обратно в сарай, а я полез на вышку.

На площадке тесновато. Обосновавшийся тут Дьярви ростом был даже пониже меня, зато в ширину мог потягаться со Стюрмиром.

— Конунг, — поприветствовал меня дан, качнув косматой головой.

Шлем Дьярви висел на поясе. Хороший шлем, франкский, со звероватой личиной. В таком в строю неплохо, а вот наблюдение вести сложно, да и тяжеловат. Я бы такой носить не стал, шея бы заболела. А Дьярви — без разницы. Потому что шеи у него нет. Затылок сразу в спину переходит.

С вышки отлично просматривалась леса вокруг, болото на севере, кусочек дальнего озера и, само собой, дорога в обе стороны примерно на километр.

Со стороны восхода галопом неслись два всадника. Наш дозор возвращается. А с захода…

С захода как раз показался авангард потенциально вражеского воинства. Те самые конные. И это не разведка. Сразу авангард колонны. Едут голубчики неторопливым шагом, гордые и непобедимые, шлемы на солнце сверкают. Но не у всех, далеко не у всех. Деталей пока не разобрать. Зрение у меня здесь заметно улучшилось, но не до орлиного. Пришлось подождать, пока поближе подтянутся.

Все верно сказал Борич: шестеро конных. За ними глотает пыль пехота. Вышагивают попарно. Копья покачиваются над головами тростником. Щиты у пеших тоже имеются, что ожидаемо. А вот шлемов нет, только круглые шапки на головах. И немало их, пеших, выходят из-за поворота и выходят.