Книга Гнев Севера, страница 130 – Александр Мазин

— Это долгий рассказ, лорд, — уклонился я от ответа. — Мне, пожалуй, не одолеть его без пары кружек доброго эля.

Некоторое время тан колебался. Изучал моих спутников, косился на сынка, которого буквально разрывало от желания высказаться…

Но мой благодушный вид сработал.

— Что ж, — сказал он наконец. — Прошу к моему шатру.

Нет, даже усадив нас за стол, тан не забыл позаботиться об охране.

Охране от нас, потому что наблюдали они вовсе не за окрестностями.

Снедь была нехитрая, но ее было довольно, и эль тоже не прокисший. Так что я решил не кочевряжиться и начал повествование. От печки. Вернее, от королевского двора в Йорвике, где мне высочайше было поручено сопровождать послов с верегельдом за убитого норманнского конунга.

— Верегельд — это…

— Я знаю, что это, — перебил меня тан. — Продолжай, лорд Николас.

И я продолжил. Вплоть до нашего прибытия в Роскилле. И рассказа о незавидной участи чевиотских лордов.

— Да, я о ней знаю, — сказал тан.

И поведал мне продолжение истории, то, что случилось уже здесь, в Нортумбрии, когда «послания» Сигурда достигли получателя. Вернее, только одно из них, потому что один из калек умер в пути. А вот второй страдалец дожил до окончания путешествия и был доставлен королю в бочке из-под рыбы. И король Элла прочел надпись на его челе, в точности скопированную палачом Сигурда с деревянной дощечки, которую я отдал Ивару.

«Ты позавидуешь ему, когда мы придем».

Склонен думать, надпись была лишней. Как оказалось, именно она сделала Эллу сговорчивым, когда архиепископ Вулфер увещевал его забыть распри и помириться с Осбертом.

— Как же тебе удалось спастись от мести язычников? — вернулся к теме беседы тан Чериленда.

— Повезло, — соврал я. — С нами был капитан из Кента, но сам из данов. Помог спрятаться, а потом сесть на корабль своего родича. Не бескорыстно, разумеется, — я вздохнул, — но зато он переправил нас, — я кивнул на Малоуна, — сначала на землю франков, а оттуда на попутном судне бы добрались до Кента. Оттуда — в Мерсию. А там Бургред нас… — тут я замялся.

— Ты говори, лорд! — поощрил тан. — Очень интересно, как ты стал мерсийцем.

— Вообще-то не мерсийцем, а всего лишь королевским гвардейцем Бургреда, — я изобразил смущение. — Король не оставил нам выбора. Или с ним, или… — Я провел пальцем по горлу. — Не очень-то он любит короля Эллу.

— Да кто его любит, узурпатора! — воскликнул сынок Идвиг, но папа велел ему помолчать.

— Скажу тебе, лорд, мы не очень противились, — я изобразил нечто вроде пьяной откровенности. И то: эля я выпил уже порядочно, и тан это видел. И склонен думать: персональный подливальщик за моей спиной оказался не просто так.

— Ты пойми, тан, Бургред, он вам, нортумбрийцам, не друг. Но когда речь идет о язычниках-норманнах… А Бургред с ними сражался. Мы все там бились!

Вот, даже и не соврал.

— Судя по тому, что норманны стоят лагерем на том берегу, а Бургреда я там не вижу, битва не задалась?

Ишь ты. Прям сама проницательность.

— Нас разбили, — сокрушенно признал я. — И корабли их поджечь не смогли. Скажу тебе прямо, тан, мы бились как львы, но язычников было слишком много… И нам пришлось… Нам пришлось…

— Драпать! — подсказал паскудный сынок.

— Я — человек нортумбрийского короля! — расправив плечи, гордо сообщил я. — И когда появилась возможность, я… мы последовали своему долгу. Мой родич, — кивок на Мурху, — отважно захватил норманнский челнок, на котором мы и преодо… преодно… Переплыли сюда. Сражаться с язычниками! Слава королю!