Книга Гнев Севера, страница 145 – Александр Мазин

Опять-таки и в городе начались брожения. Пришлось Ивару провести разъяснительную беседу с духовным и светским лидерами. Святоша вроде проникся, а вот насчет Озрика — не уверен. Нет, отвечал он правильно, но как-то… в сторону косил, что ли.

— Надо бы за ним присмотреть, — посоветовал я Ивару.

— Уже присматривают, — ответил Бескостный. — Забудь о нем.

Переговоры.

С одной стороны — Хвитсерк Рагнарсон, с другой — мой бывший начальник Теобальд.

Требования королей: покинуть город и убираться домой.

Требования конунгов: дайте нам много-много денег, выдайте убийцу Рагнара Эллу, и мы покинем город и отправимся восвояси.

Смысл первого требования: выйдите за стены, и мы вас разгромим.

Смысл второго: не выйдем.

Еще одни переговоры.

С тем же результатом.

Вялая попытка штурма со стороны англичан.

Новые переговоры. Красный Лис против Теобальда. Результат ожидаемый.

Штурм крепости на противоположном берегу.

Отбит с потерями. Небольшими у англичан, ничтожными у обороняющихся.

Снова переговоры. На этот раз статусные: Бьёрн Железнобокий и король Осберт.

Я — в качестве переводчика.

Бьёрн хамил и нарывался. Требовал денег, Эллу и присягнуть в верности Рагнарсонам.

Осберт предлагал покинуть город без всяких условий. Мол, не бойтесь, мы никого не тронем. Врал.

Бьёрн ответил: мол, кто еще кого тронет!

Осберт предложил ему выйти и сразиться.

Бьёрн тут же ответил, что согласен. Он и Осберт. Один на один.

Оказалось, Железнобокий не так понял. Речь шла об армии на армию.

Бьёрн обвинил англичанина в трусости.

Осберт обвинил в трусости всех норманнов.

Не договорились. Хотя я заметил, как блеснули глаза отставного короля, когда ему предложили выдать Эллу.

Но я также понимал: вбить сейчас между ними клин невозможно. Ничто так не объединяет подружек, как наличие общего врага.

Переговоры шли, а к англичанам тем временем подтягивалось пополнение. В основном фирд. Но все равно неприятно.

Прошло пять дней. На традиционных обедах братья Рагнарсоны делали вид, что так и надо. И судя по физиономии Бескостного, да, так и надо. Он чего-то ждал. Вопрос: чего? Помощь к нам подойти не могла. Разве что через пару месяцев. Неужели осада продлится так долго? Как-то не верится.

Это случилось в праздник. Христианский праздник. Пальмовое воскресенье. Оно же ивовое и вербное. День вхождения Господа в Иерусалим.

Воевать в этот день христианам не положено. Положено молиться. Об этом знали все, включая язычников-норманнов.

И тем не менее короли нортумбрийские отринули традиционные христианские добродетели и пошли на штурм. Надо полагать, решили: ради такого дела — можно.

Штурмовали решительно и по всем правилам. С тараном и множеством лестниц.

Однако рассчитывали они, как оказалось, не столько на Божью помощь, сколько на банальное предательство.

Хотя что считать предательством, вот вопрос.

Можно ли назвать предателем человека, весь род которого сейчас — по ту сторону стен, а клятву верности он дал, мягко говоря, под давлением?

Да, это был Озрик.

Король-марионетка решил стать самостоятельным игроком. Собрал группу поддержки, почти сотню боевитых йорвикцев, и напал на охрану главных ворот.

Причем напал так внезапно и яростно, что сумел оттеснить могучих викингов и эти самые ворота открыть.

Таран не понадобился. Тысячи разъяренных англосаксов хлынули в нортумбрийскую столицу. В свою столицу.