Онлайн книга «Материя. Том 2»
|
— И кротовый жир! – с важным видом заметил Диоген. – Ничто так не помогает от подагры, как кротовый жир с толикой вчерашней обиды, поданный в ля-миноре! Он ничего не скажет, понял Лэйд. Даже если за внешностью жестяного болванчика в самом деле скрывается прирожденный хитрец, едва ли ему удастся выжать из него хоть что-то. Этот остров слишком хорошо умеет хранить тайны. Мало того, чем больше времени ты проводишь наедине с ним, тем сильнее начинаешь подозревать, что не в силах больше доверять даже себе. Потому что ты и сам – какая-нибудь чертова тайна… — Еще один танец? – жеманно осведомился Диоген. – Вы несносный мальчишка, но, если вы разбираетесь в делах любви хотя бы вполовину так же хорошо, как танцуете, возможно, я дам вам шанс. Все тщетно. Он, Лэйд Лайвстоун, выиграл себе еще какое-то время, может, день, может, час, может, год. Но следующая случайность, которую он не успеет вовремя парировать контрслучайностью, может оказаться роковой, и тогда весь его опыт, приобретенный в борьбе и лишениях, не будет стоить и пенни. А значит… — Этот остров назвал тебя тигром, Лэйд Лайвстоун. Не за силу. За звериное упрямство, которое позволяет тебе каждый день приходить сюда и вновь вставать за прилавок. Хотя ты и знаешь – ничего не изменится. Лэйд ощутил жжение в желудке, словно хватил разом стакан ямайского рома. Диоген взирал на него, выпрямившись во весь шестифутовый рост. И хоть лицо его оставалось бесстрастным, Лэйд знал – он ухмыляется. — Тебе не хотелось бы в это верить, но, может, Левиафан вовсе не охотится? Может, он просто наблюдает, делая ставки, как скоро собственный рассудок убьет тебя? Лэйд уставился на него, лихорадочно пытаясь собраться с мыслями. Но мысли звенели и прыгали, как волшебные монеты. — Бумажный Тигр?.. – автоматон саркастично хохотнул. – Звучит не так грозно, как то имя, которым нарек тебя остров, но как знать, может, это не самое плохое имя на свете? Бумага капризна, недолговечна, мягка, она превращается в пепел от прикосновения горящей спички, размокает под дождем, ветшает, марается кляксами, рвется от неловкого движения… Но именно бумага переживает эпохи, армии и страны. На ней пишут законы, на ней фиксируют поражение тысячелетних империй, она хранит последние слова умирающих, сложнейшие математические расчеты и пылкие признания в любви. Как знать, может, Новому Бангору нужен хищник именно такого рода, не из стали, не из плоти, но из бумаги? Уязвимый, но гибкий? Может, ему нужен именно Бумажный Тигр?.. Из чрева автоматона раздался негромкий хрип, после чего Диоген вздрогнул, заперхал и поплелся прочь из кабинета. — Стой! – Лэйд схватил его за жесткое металлическое плечо, заставив остановиться. – Что ты только что сказал? Ну-ка повтори! — Фланелевую пижаму рекомендуется сушить только на северо-восточном ветру, – немедленно возвестил автоматон. – Но будьте осторожны, этот ветер часто переносит фривольные мыслишки и досужие фантазии! — Нет! Назад! Про тигра! Ты сказал… — Я сказал, что ты был скверным мальчишкой, Джимми! – отчеканил автоматон, переминаясь с ноги на ногу. – Я нипочем не куплю тебе в следующий раз лакричную воду и пончик! Лэйд усмехнулся. По всей видимости, просто секундный сбой цилиндров, вращающих перфоленту внутри жестяной головы. Секундный сбой причинно-следственных связей, на который мы, погруженные в свои сложные дела и проблемы, как правило, не обращаем внимания. |