Книга Порочные пожарные для булочки, страница 49 – Бетти Алая

Затем соскальзываю с постели.

Я на четвертом месяце. Из-за моего плюс-сайз размера живот еще не видно толком. Но я уже внутренне меняюсь.

Натягиваю шелковый халатик под голодным взглядом Платона. Накрываю ладонями живот. Малыш…

Улыбка так и лезет на губы. Это мой новый смысл! От одной мысли о том, что во мне растет новая жизнь, все внутри переворачивается и сердце пускается в галоп. Я так счастлива!

Это новый этап для всех нас.

Выхожу из спальни Ника, направляюсь в детскую. В последний месяц мой мужчина устроил там капитальный ремонт, и теперь детская Миланы выглядит как замок сказочной принцессы.

— Лада, — малышка сонно протирает глазки кулачками, — доблое утло!

— Доброе, моя радость, — целую ее в лоб, — ты вчера хотела, чтобы мы вместе приготовили папочкам оладушки. Все еще хочешь?

Милана тут же оживляется.

— ДЯ! — соскакивает с постели и бежит на кухню прямо в розовой пижамке с феями.

Вся растрепанная, такая милая. С улыбкой направляюсь за девочкой. Несмотря на то что мы с Ником расписались, мое заявление на удочерение будут рассматривать только через полгода.

Бывшая Ника подавала две апелляции за это время, обе отклонили. Хотела вернуть дочь. Совесть проснулась? Нет. Скорее всего, желание снова насолить бывшему мужу.

Хорошо, что ее закрыли, а Миланка больше не увидит нерадивую мамашу.

Мы сможем дать малышке все, что она заслуживает.

На кухне я достаю ингредиенты и расставляю на стол. Милана первым делом забирается на стул и тянется к миске.

— Я сама буду мефать! — заявляет она, обхватывая венчик пухлыми пальчиками.

— Договорились, — подмигиваю ей.

Насыпаю муку, а малышка с энтузиазмом принимается взбивать тесто, забавно надувая щечки.

Через минуту кончик ее носика уже украшает белое пятнышко, а на розовой пижамке красуются брызги молока.

Я не ругаюсь — лишь смеюсь и аккуратно вытираю ей лицо полотенцем.

— Добавим немного ванили для аромата, как в моей пекарне, помнишь? — шепчу я, подмигивая девочке.

— Помню! — радостно откликается Мила. — Будет пахнуть волфшебством!

Разогреваю сковородку и начинаю выкладывать золотистые кружочки.

Тесто весело шипит, и по дому медленно плывет сладкий, уютный запах. Милана стоит рядом, затаив дыхание, и следит, как оладьи становятся пышными.

— Лада, а папоська Ник съест целую голу? — спрашивает она, округлив глаза.

— И Ник, и Платон съедят всё до последнего кусочка, — обещаю, поглаживая девочку по каштановым волосам. — Ведь это приготовила их маленькая фея.

— А я могу… — Милана вдруг краснеет и опускает взгляд, — называть тебя мамоськой?

— Конечно можешь, — зарываю пальцы в ее густые каштановые волосики, — это все формальности, родная. Мы уже семья.

Выкладываем готовый завтрак на большую тарелку, украшая его ягодами и поливая медом.

— Как вкусно пахнет, — мои мужчины вальяжно выходят на кухню. Платон тянет носом, Ник зевает.

— Мы плиготовили завтлак! — серьезно объявляет Милана. — Садитесь!

Завтракаем мы как настоящая семья. Смеемся, обсуждаем всякие мелочи и просто радуемся тому, что наконец-то проблемы позади. Все, кроме одной.

Мне так и не дали кредит в банке на новую пекарню. Сейчас кризис, и очень тяжело начать дело с нуля. Мы пытаемся, но… я уже почти отчаялась.

Но не показываю вида, иначе мои мужчины расстроятся. Они искренне пытаются мне помочь.