Книга Рыцарь-ворон, страница 37 – Диана Крымская

Страшные мысли подстегивали Эдель, и вот она уже стремглав бежала вперед, свернув прямо в густую траву, чтобы немного скосить путь... Вдруг, уже почти у самого луга, она спугнула полдюжины ребятишек, прятавшихся в траве. Они прыснули в разные стороны, будто стайка чибисят, испуганно вереща.

Эдель, однако, не остановилась, а продолжала бежать. Наконец, едва дыша, она выскочила на луг. Она так себя накрутила с того момента, как де Турнель с Диком уехали, что, увидев сына живого и невредимого, – более того, смеющегося и довольного, – так и остолбенела на месте, не в силах поверить собственным глазам. Он сидел верхом на смирной старой кобыле и размахивал мечом. Мириам держала ее и графского жеребца под уздцы.

— Милели, ваш сын делает успехи, – услышала она голос графа и, повернувшись к нему, обнаружила, что он полуголый, в одних штанах, и тех мокрых, – вероятно, он только что вылез из реки. Мокрые волосы взлохматились, превратив его из зрелого мужчины в почти юношу. Он улыбался, – второй раз за то время, что Эдель познакомилась с ним. С широкой груди его стекали капли воды. Штаны облепили бедра и ноги и, когда Эдель переместила взгляд с его торса ниже...

Он подошел совсем близко, и она поспешно подняла глаза, невольно радуясь, что щеки и так горят от быстрого бега.

— Он словно рожден для того, чтоб ездить верхом и владеть мечом, – продолжал муж, будто не замечая ее смущения, и поднимая лежащую на траве камизу и надевая ее. – С луком и стрелами пока не так хорошо, но это поправимо. Я и сам не такой искусный лучник.

— Лай... сэр Мэтлок прекрасно стреляет, – быстро сказала Эдель. – Я попрошу его позаниматься с Диком.

— На первых порах вашему сыну достаточно будет и моих уроков, – возразил граф. – А потом посмотрим.

«По крайней мере он не сказал – «нет», – подумала Эдель. – Осталось уговорить Лайонела...»

— Вы будете заниматься ежедневно, милорд? – спросила она.

— Конечно. Дик умен и сообразителен не по годам, но это не значит, что уроки должны быть нерегулярными. Только ежедневные занятия принесут плоды.

— Быть может, его... особенность мешала вам во время урока? – осторожно поинтересовалась она.

— Мы прекрасно понимали друг друга, – заверил ее муж. – И, кстати, то, что вы назвали особенностью. Вполне возможно, что Дик заговорит, и я уверен в этом. Я и сам поздно начал говорить, года в три, так рассказывала мать... – Голос его стал глуше, по лицу скользнула тень.

— Вы думаете, милорд? – Эдель недоверчиво смотрела на него. Что мог он понимать в недуге Дика? Если самые искусные врачи сказали, что он будет немым до конца жизни...

— А, если даже все останется как сейчас, – что в этом ужасного? Я знавал одного славного рыцаря, – храброго воина, заслуженного не в одной битве, – который тоже был нем. Так вот, это не помешало ему ни стать великолепным бойцом, ни заслужить рыцарское звание, ни заиметь прекрасную семью. В его замке его все понимали по первому знаку – и слушались беспрекословно.

Эдель заметила, что Дик слушает крайне внимательно.Но это не все, – продолжал граф. – В Древнем Риме был один император – Марк Аврелий. Так вот, до восемнадцати лет он был немым. Лишь когда на Рим надвинулись вражеские полчища, император неожиданно заговорил и произнес речь, потрясшую всех, кто ее слышал. Он собрал огромное войско и разгромил неприятеля... Но об этом как-нибудь потом. Мириам, обернулся к девушке-пажу де Турнель, пристегивая к поясу меч, – мы возвращаемся в Карлайл. Ты поедешь на моем коне, пересади Дика к себе и забери кобылу. Езжай не торопясь. А мы пройдемся с женой до замка пешком.