Книга Сирота. Фиктивная семья для губернатора, страница 27 – Марго Лаванда

Слышу, как хрумкает чем-то. Оборачиваюсь – губернатор вонзает зубы в мой бутерброд. И он еще что-то говорил про “вредно есть на ночь”? Даже не смог дождаться, когда его бутер доделаю!

Открываю рот чтобы поддеть его на этот счет, но тут палец соскальзывает, вскрикиваю.

Да что ж за невезение, я порезалась!

— Ой!

— Блин, Маша.

— Угу. Спокойно, Маша. Я Дубровский. Вы так должны были сказать, – бурчу раздраженно. Боль сделала меня ворчливой, я сама не понимаю, что несу.

— От тебя я не ожидал шуток на эту тему, Маша, – вздыхает губернатор.

— Мне вообще-то не до шуток! У меня кровь, – говорю уже менее злобно.

— Так, надо найти аптечку…

Начинаем суетиться, открывать один за другим ящики. Я прижимаю к ране салфетку.

Ну почему я вечно влипаю в неудобные истории? Надо же было столкнуться вот так посреди ночи с губернатором. И так весь вечер сама не своя. Все время перед глазами наша прогулка. Чувствую смущение, хочется поскорее уйти в свою комнату. Так я вообще оголодаю в этом доме.

— Спасибо за помощь, надеюсь, вы дальше сами себе бутерброд доделаете. Я лучше спать пойду.

Вот только Олег Николаевич стоит напротив, фактически блокируя меня возле столешницы.

— Маш, правда, извини меня. Не надо было брать твою еду. Не подумал, что можешь так резко отреагировать.

— Как? Да мне не жалко, просто случайно палец соскочил.

Олег Николаевич слишком близко. Сердце начинает биться сильно и отчаянно. Не понимаю, почему так реагирую. Да, мы якобы пара, но именно заставляет меня быть максимально осторожной. Иначе можно забыть про представление… Поверить, что все по-настоящему. Губернатор слишком красивый и привлекательный мужчина. Чем больше мы проводим времени вместе, тем мне сложнее сохранять равновесие.

Мне нечем дышать. Как же я жалею в эту минуту о том, что решила ночью спуститься на кухню. Лучше бы голодала до утра.

— Я нашел аптечку.

Подходит вплотную, берет меня за руку. Начинает обрабатывать рану антисептиком, я шиплю как кошка. Хотя, легкая боль помогает немного прийти в себя. А то я совсем “поплыла”. Не пощечину мне самой себе отвешивать, чтобы взбодрилась?

Олег достает лейкопластырь, заклеивает рану.

— Я могла бы сама…

— Я виноват. Мне не сложно. Можешь открыть глаза, Маш, я закончил.

Наши взгляды встречаются, губернатор отпускает мою руку, но так и не отходит, оставляя расстояние между нами критически опасным.

— Мне пора в свою комнату, – выдавливаю хрипло.

Невольно вдыхаю аромат его парфюма, ну почему он такой вкусный?

— Ты ведь осталась голодной из-за меня. Я не могу тебя отпустить, Маш. Сейчас сам все приготовлю.

— Пожалуйста, не надо! Вы и так много для меня сделали.

— Что тебя беспокоит? – спрашивает неожиданно.

И взгляд такой умный, насквозь просвечивающий.

— Ничего! – отвечаю поспешно. – Просто затруднять вас не хочется.

— Тебя.

— Ну да, тебя. Извини.

Пытаюсь пройти мимо, но это невозможно! Никаких шансов. Губернатор мрачно смотрит на меня, словно раздумывает, как наказать за несговорчивость.

Все тело прошивает горячая дрожь. Такое ощущение, что я в момент разучилась думать разумно и отдалась на волю инстинктов. Живот сводит судорогой. Я не могу дышать. Загипнотизировано смотрю на губы Олега.

Твердые. Четко очерченные. Слегка пухлые.

Идеальные, чтоб их!