Книга Связанные прошлым, страница 161 – Кора Рейли

Фальконы уже были в машине, но Нино смотрел на меня с чистым расчетом. Я вернулся в машину, и мы поехали обратно в убежище, где в течение следующих двух дней будем расчленять Ремо.

Сэмюэль разразился недоверчивым смехом и похлопал по плечу Пьетро, который напряженно улыбнулся. Данило откинулся назад с глубоким вздохом.

— Мы поймали его, – сказал Сэмюэль. – Мы действительно поймали его. Черт. Не могу поверить, что мы сможем разорвать этого ублюдка на части!

— Мне выпала честь отрезать ему член, – сказал Данило.

— Мы же договорились: да!

Данило все еще не мог забыть Серафину и то, что Ремо обесчестил ее. Его правление в Индианаполисе стало более строгим и жестоким, чем когда-либо было правление его отца, но он был эффективным и преданным, поэтому я позволил ему делать то, что он считал нужным, даже если это подпитывалось его безудержной яростью. Может быть, после смерти Ремо он сможет жить дальше. Может быть, мы все сможем.

Серафина ждала нас в убежище. Пьетро бросил на меня неуверенный взгляд. Ему не нравилось, что она наблюдает за пытками, но, как сказала Серафина, она заслуживала права присутствовать там.

Мы втащили Ремо в огромный зал. Я еще не сказал Ремо ни слова, даже не посмотрел на него прямо. Я знал, что мне будет трудно сдержаться, если я это сделаю, и хотел оказаться за звуконепроницаемыми стенами до того, как это произойдет.

Серафина побледнела, увидев Ремо.

— Ангел, – пробормотал Ремо.

Я повернул голову в его сторону, мои брови напряглись. Ангел? Сэмюэль не дал Ремо шанса на дальнейшие слова, ударив его.

— Это твой шанс попросить прощения, – сказал Пьетро.

Ремо смотрел на него, пока не перевел на меня свой взгляд. Никаких признаков страха. Это скоро изменится. У каждого человека есть переломный момент. Он снова посмотрел на Серафину.

— Ты хочешь, чтобы я просил у тебя прощения?

— Ты не получишь прощения, – сказала Серафина.

Я приказал Сэмюэлю и Данило увести Ремо в комнату пыток. Когда они ушли, я подошел к Серафине.

В ее глазах блеснул намек на протест.

— В конце концов, он попросит прощения, – произнес я.

Серафина одарила меня странной, тоскливой улыбкой.

— Я не хочу, чтобы он просил, потому что это было бы неискренне. – Она сделала паузу. – Вы его кастрируете?

Я предпочитал не посвящать женщин в ужасные подробности наших пыток, даже Вэл. Я уважал ее, но она была склонна испытывать жалость даже к такому человеку, как Ремо. Тем не менее, Серафина заслуживала ответа, и я не мог представить, чтобы она прониклась сочувствием к своему мучителю.

— Завтра. Не сегодня. Это ускорит его смерть. Этим займутся Данило и Сэмюэль. Я не уверен, что тебе стоит смотреть на все это, но, возможно, тебе это нужно. Сегодня это будет легче пережить, чем завтра, так что оставайся, если ты этого хочешь.

— Спасибо, – сказала она, прежде чем направиться к экранам, где она могла наблюдать за тем, как мы мучаем Ремо.

Я коротко кивнул охраннику, сидящему рядом с ней, и направился в комнату пыток. Мой пульс участился – странное явление. Обычно требовалось немного времени, чтобы вызвать учащение пульса. Но не сегодня. Это было почти как в первые несколько раз, когда отец заставлял меня участвовать в пытках.

Когда я вошел в комнату, Ремо лежал на голом каменном полу, а Данило и Сэмюэль пинали его снова и снова.