Книга Фиалковое сердце Питбуля, страница 146 – Лана Муар

— Да чтобы я хоть раз тебе что-нибудь дал! – не остался в долгу Василий Павлович. Стряхнул руки Глока и плюнул в сторону удаляющегося соседа. – Чтоб у тебя картошку колорад пожрал!

— В тебя столько не влезет! Лопнешь! – огрызнулся сосед, скрутив фигу. – Выкуси, Колорад!

— Что-о-о!?

— Что слышал, глухая тетеря! Тьфу на тебя! И тачка у тебя все равно говно! И сам ты…

— Заткнулись оба! – рявкнул я, и Сергеич, ойкнув и присев, рванул в сторону своего участка, а Василий Павлович сперва сверкнул глазами, но увидев скорость, набранную беглецом, сложил ладони рупором и проорал ему вдогонку:

— Выкусил? Знай наших! – сплюнул под ноги, посмотрел на нас с Глоком и качнувшиеся в двух окнах шторы и махнул рукой. – Черт с ним! Только руки марать. Пошли, мужики, завтракать. Мать там уже чайник вскипятила. Нет, ну ты подумай, а… Тележка ему говно… Цацу он нашел…

— Босс?

— Глок, лучше не спрашивай.

К десяти к дому Симоновых подкатило два «Урала». Первый, с бытовкой, выгрузил «шаражников» и поехал вставать на прикол в конец линии, а второй, с манипулятором, ювелирно втиснулся в проем снятых секций забора по подложенным под колеса доскам – бригада Семёновича, уже не первый год работающая одним составом, без ненужных окриков и команд знала кому что делать.

— Назар Георгиевич, Василий Павлович, – обменявшись рукопожатиями, Семёнович протянул охреневшему «тестю» лопату и попросил его копнуть землю в углу площадки. – Так сказать заложим первый камень, – пояснил он.

Стандартная процедура и развернувшийся вокруг муравейник поставили Василия Павловича в тупик, но увидев над соседским забором высунувшуюся голову Сергеича, мужчина хэкнул, поплевал на ладони и, срезав аккуратный квадрат дерновины, воткнул лопату в землю, говоря достаточно громко, чтобы любопытствующий сосед услышал благословение:

— С богом, мужики.

И мужики приступили. Минут двадцать Василий Павлович барином наблюдал за их работой, а потом отвёл меня в сторонку и шепотом спросил что происходит и точно ли в сумме, внесенной вчера в договор, не забыли поставить ещё один ноль.

— Василий Павлович, вы сказали, чтобы я делал как для себя? – спросил я.

— Ну было дело, – кивнул Василий Павлович.

— Сумма в договоре вас устроила?

— Ну да.

— Тогда не понимаю, что вас беспокоит.

— Назар, я вроде не слепой и далеко не дурак. У меня дом когда ставили, технику не пригоняли. Ну трактор только. И то яму выкопать под септик.

— Так это когда было, Василий Павлович? – улыбнулся я. – Сейчас уже так не работают. Оптимизация и грамотная организация работ. Зачем таскать то, что можно не таскать?

— Ты мне зубы не заговаривай этими своими оптимизациями. То я не знаю сколько соляры «Уралы» жрут. Сам на таком ездил, – вперив суровый взгляд, Василий Павлович наставил на меня палец и произнес, – Давай, архитектор, выкладывай правду-матку пока я в отказ не пошел и не погнал всех ссаными тряпками!

— Хорошо, – кивнул я. – У Семёновича первый объект в сезоне всегда идёт по сниженному ценнику. На удачу. А я его ещё немного сбил.

— Немного это сколько? Ну!? – поторопил меня отец Эвридики.

— Василий Павлович, мы взрослые люди.

— По ушам мне не ездь, архитектор! Сколько?

— Десять процентов, – не моргнув, ответил я, немного переиграв суммы в договорах. – Это нормальная практика. Я подкидываю ребятам работу, они идут мне навстречу.