Книга Фиалковое сердце Питбуля, страница 202 – Лана Муар

— Нет, конечно, – рассмеялась я, разворачиваясь спиной к девушке. – Развяжешь, Саш? У меня что-то не получается.

— Да-да-да! Сейчас. Тут узелок хитрый, я тебе покажу потом…

И пока я принимала душ и приводила себя в порядок, мы с Сашей снова заболтались.

Неожиданно для себя я не чувствовала никакой «ущербности» рядом с Сашей. Хотя и она сама, и ее формы – особенно грудь, едва помещающаяся в лифчик купальника, – могли с лёгкостью стать поводом для самоубийства всех балетных, даже для Лоры с Анькой. Модель и владелица модельного агентства, которой в пору носить корону королевы красоты, Саша, едва ли не с завистью смотрела на мои «недостатки», сравнивала их со своим «богатством» и вздыхала, отшучиваясь, что если бы не ее Косолапик, то давно легла под скальпель. Невероятное открытие, ещё более невероятная зависть и убивающая правда, что с большой грудью проблем в разы больше, чем мне казалось. И начиналось все от банального подбора белья, а заканчивалось вымораживающим вниманием «похотливых кобелей, которые не видят в тебе ничего, кроме сисек». И я, услышав все, что каждый день доводилось проживать Саше, наверное, впервые смогла посмотреть на себя с другой стороны, не сваливаясь при этом в крайности. И получалось, что все мои комплексы по поводу маленькой груди не стоили выеденного яйца. А после того, как Саша, по секрету, поделилась, что Назару в принципе не нравятся пышные формы, и вовсе удивилась тому, как циклилась и завидовала Лорке. Нет, ей, конечно, тоже было далеко до Саши – причем гораздо дальше, чем мне до Лориной «недотроечки». Только эта разбежка в размерах буквально перевернула мои мысли вверх тормашками и впервые переиначила вопрос «Я красивая?» в неуверенное, но уже похожее на утверждение, «Я красивая». Да! А почему нет? Что со мной не так, чтобы считать себя непривлекательной? Ноги? Пф-ф-ф! Зайдите в раздевалку и посмотрите на ноги балерин. Подтянутые, стройные и длинные. И у меня такие же. Бедра? Да, тут есть маленький нюанс, с которым приходится мириться – диета в угоду веса. Если бы не она, то мои бедра, и ещё попа, стали гораздо привлекательнее и аппетитнее – я помню, что видела в зеркале до того, как уехала из Усть-Зареченска. Живот? А что с ним не так? Плоский, красивый живот. Даже пупок и тот мне нравится. Грудь? А так ли она плоха, как мне казалось? А если представить, что каждый день мне вслед будут раздаваться улюлюканье и сальные намеки? Ну уж нет! Не хочу! У меня красивая грудь! И я сама красивая! Да! Только так! Кра-си-ва-я!

И вроде бы самой смешно от собственных мыслей, но почувствовав на себе взгляд Назара, выходящего из моря, я приподнимаюсь на локтях и понимаю, что да, я все же красивая. Для него, остановившегося по щиколотку в воде и приглашающе протянувшего ладонь в мою сторону, я красивая. Не Аня, не Лора или кто-то другой. Я.

— Эвридика Васильевна, а как вы смотрите на то, чтобы составить мне компанию?

Назар улыбается все время, пока я любуюсь им, не скрывая своего восхищения. Да и вряд ли он может его увидеть с такого расстояния в моих, прищуренных от яркого солнца, глазах.

— Эвридика Васильевна, вы со мной или боитесь? – шутливая интонация, вызывающая улыбку и ровно такой же ответ:

— С вами, Назар Георгиевич, я не боюсь ничего.