Книга Фиалковое сердце Питбуля, страница 272 – Лана Муар

— Да-да, конечно. Спасибо большое, – поблагодарила я мужчину и решила не задерживать его. – Я передам бумаги Назару, а через неделю он вам позвонит.

— Замечательно. Тогда ещё раз прошу извинить. До свидания, Эвридика Васильевна.

— До свидания.

Перед тем как идти в зал, я вернулась в раздевалку и положила документы в шкафчик. Нащупала цепочку браслета, не вынимая ее, и все же решила забрать с собой, спрятав под гетрами. Я бы не простила себе, если бы кто-то украл подарок Назара. Особенно после того, как Лорка достаточно прямолинейно заявила о том, что я пожалею, если откажусь сниматься в клипе, что-то мне подсказывало, что она имела ввиду именно браслет.

Линда Аскольдовна отпустила меня за два часа до конца репетиции. Окликнула, взглядом показала на дверь и, как ни в чем ни бывало, продолжила гонять балетных. Я полетела в раздевалку, быстро приняла душ и переоделась. Взяла в руки телефон, чтобы посмотреть баланс на карте и найти где поблизости находится какой-нибудь магазин нижнего белья, и подумала, что сошла с ума или у меня что-то со зрением. Не знаю откуда могла взяться такая цифра в сообщении, пришедшем полчаса назад из банка, но решив разобраться с этим позже, вбила название бутика, рекламу которого увидела утром, и поскакала на улицу, боясь поверить в случайность странных лишь на первый взгляд совпадений – с утра увидела рекламу, потом пришли деньги, и бутик, как оказалось, находился буквально за поворотом.

POV. Назар

Я начинаю нервничать, когда не вижу среди выходящих на крыльцо девушек Эву. Достаю из кармана телефон, набираю ее номер и рычу, не скрывая своей злости – абонент вне зоны действия сети. Торможу одну из балерин, с которыми чаще всего выходила Эвридика, спрашиваю где она и чуть не стираю зубы в порошок, дожидаясь звонка Гёте.

— Последние полтора часа мобильный был в районе вашего дома, босс. До этого…

— Не важно!

Сбрасываю звонок, пообещав себе провести воспитательную беседу по поводу постоянно разряжающегося телефона и чьей-то хронической забывчивости ставить его на зарядку. Никаких сомнений, что Эва действительно поехала и, главное, доехала до дома у меня нет – Гёте только подтвердил слова девушки, хихикнувшей и попросившей передать привет Жемчужинке-потеряшке. Но нет и настроения ругаться из-за мелочи, когда ее можно решить, свернув по пути в один из многочисленных салонов сотовой связи.

— Девушка, будьте добры мне белый «Айфон» с самой большой батареей и беспроводную зарядку к нему. А лучше три!

— «Айфона»?

— Зарядки! – рявкаю раньше, чем понимаю, что срываюсь на ничем неповинном консультанте, и добавляю уже спокойнее, – пожалуйста.

Правда звучит оно так, что от меня отшатываются и стоящие рядом покупатели, и второй косультант. Девушка, к которой подошёл с «просьбой», чуть не пулей улетает в подсобку и через минуту я выхожу из салона, оплатив покупку и мысленно раскладывая зарядные по квартире. Одна в спальне, одна на кухне, третья… К родителям отвезу!

К дому подъезжаю уже спокойнее – догадался позвонить консьержу, мимо которого не пролетит незамеченной даже муха. Забираю пакет с телефоном и зарядными, иду к лифту, ещё раз спросив у консьержа о Эве.

«Сперва зацелую, потом выругаю за разряженный телефон и снова зацелую,» – мысленно прокручиваю план и выкидываю из него ругань.