Книга Тень на странице, страница 171 – Ирина Фуллер

Илья прошел к агрегату, поднял с пола соскользнувшее тяжелое бархатное полотно.

— Эта вещь глушит сигнал. Я снимаю его время от времени, когда нужно провести какие-то исследования, но с тех пор, как заметил подозрительную активность, чаще держу закрытым. Вероятно, в те моменты, когда я снимал защиту, он начинал влиять на тебя, вынуждая совершать неконтролируемые действия.

Он накинул полотно на Ревербератор, расправил складки, затем повернулся к Констанции. Убрав руки в карманы, он подошел к ней чуть ближе.

— Мне жаль, что ты не посчитала возможным довериться мне.

— Ну, напомню, среди твоих правил было — забыть, что у нас когда-то были человеческие отношения.

— Я не так сказал, — тут же ощетинился он. — И все же есть разница между соблюдением дистанции и обвинениях в преследовании и черт знает, чем еще. Ты решила — что я оборотень. Монстр.

— Лучше всего подходил на роль, — отозвалась она дерзко, тоже сложив руки на груди.

— Только оказалось, что монстр — это ты. Символично, не находишь? “То был ангел, но ангел мрака, сотканный из пламени, а не из света”.

Она вспыхнула:

— Ну уже нет, я не возьму на себя всю вину! Я заблуждалась, да, вот только главной причиной всего этого был твой непроверенный механизм, принципов работы которого ты и сам не знаешь. И вместо того, чтобы откровенно поговорить, объяснить свои опасения, предупредить, ты предпочел — впрочем, как и всегда — шпионить, выуживать информацию у коллег, устраивать слежку. У тебя все еще есть вопросы, почему я не доверилась тебе?

— И правда. Это же я засел у тебя в шкафу на несколько часов и глазел через щель.

Кинг внезапно поднялся с дивана.

— Полагаю, господа, что моя миссия здесь выполнена, — заявил он с холодной, вежливой улыбкой. — Это уже не мое дело: выяснять, как починить Констанцию, но, думаю, теперь коллеги из Основного Фонда, зная все подробности, смогут работать более эффективно. Далее же я попрощаюсь, нахожу неприличным подслушивать разговор старых любовников.

Она была слишком раздосадована и растеряна, чтобы реагировать на слова Артура, хотя они неприятно задели ее.

— Я тоже ухожу, — заявила она, обращаясь в первую очередь к Илье. — Завтра, я надеюсь, мы разберемся с тем, как отключить меня от этого агрегата? Сегодня накрой его, пожалуйста, поплотнее, я хотела бы выспаться.

Констанция обогнала Кинга, по пути успев выхватить из шкафа туфли, надеть их и вылететь из кабинета, громко стуча каблуками. Отметила, что Лены уже не было на месте.

Схватив в офисе верхнюю одежду, Констанция торопливо покинула Библиотеку, ни с кем, к счастью, не встретившись.

На следующий день она впервые за все время работы в Библиотеке сказалась больной. Констанция была вымотана, никого не хотела видеть и просто мечтала побыть одна. Мила и Аврелий очень переживали из-за этого, несколько раз звонили, чтобы узнать, как она, и как она теперь, и как она сейчас, и не стало ли ей лучше за последние четверть часа. Еще бы! Если Констанция пропустила рабочий день, причина должна была быть очень серьезной.

К вечеру она как будто бы совладала с собой и на следующее утро, поборов соблазн взять еще один отгул, поднялась с кровати, умылась, начала готовить кофе. В этот момент раздался стук в дверь.

На пороге стоял Илья.