Книга Ты ушёл. Но не отпустил, страница 106 – Саша Вельская

— Нет.

Это была согласованная ложь.

— Следователю?

— Зачем мне это делать?

Павел изучал моё лицо.

Роман выбрал его не случайно.

Он тоже умел искать микродвижения, сомнения, слабые места.

— Потому что вы хотите посадить моего клиента.

— Я хочу защитить детей.

— Это уже не одно и то же?

— Зависит от того, что вы собираетесь рассказать.

Официант принёс воду.

Павел дождался, пока тот уйдёт.

— Роман не отдавал приказа похищать детей.

— Тогда кто?

— Кирилл предложил схему.

— На записи говорит Роман.

— Записи вырваны из контекста.

— Покажите контекст.

— Мы обсуждали правовую стратегию на случай, если дети сами откажутся возвращаться к матери.

— Пятилетние дети.

— Их мнение тоже учитывается.

— И вы собирались создать это мнение.

Он сжал губы.

— Роман считал, что рядом с ним им лучше.

— А вы?

— Я адвокат.

— Это не ответ.

— Моё личное мнение не имеет значения.

— Теперь имеет. Вас допрашивают как возможного соучастника.

На лице Павла мелькнул страх.

Он быстро спрятал.

— Я не участвовал в похищении.

— Но знали, что он может удержать детей.

— Не знал.

— Зачем тогда встреча?

Павел огляделся.

— Роман передал мне инструкции на случай ареста.

— Какие?

— Давить на недопустимость доказательств. Добиваться признания записей смонтированными. Вывести Кирилла на роль организатора. Предложить вашей матери компенсацию.

— Подкупить свидетеля?

— Достичь мирового соглашения.

— По уголовному делу?

— По гражданским требованиям.

Он всё ещё выбирал безопасные слова.

— И что изменилось?

— Он приказал найти Евгения раньше следствия.

— Когда?

— После того как понял, что диск у вас.

— Зачем?

— Не объяснил.

— Вы знали, что Евгения похитят?

— Нет.

— Но понимали, что Роман хочет заставить его молчать.

— Предполагал.

— И ничего не сделали.

Павел отвёл взгляд.

— Я пятнадцать лет строил карьеру.

— Моя мать могла умереть.

— Я не знал о нападении.

— Мои дети оказались у вооружённого человека.

— Этого не должно было произойти.

— Но произошло.

Он сжал стакан.

— Я пришёл не оправдываться.

— Тогда говорите.

Павел достал из кармана маленький ключ.

Положил на стол.

— Банковская ячейка.

— Чья?

— Открыта на имя сотрудника одной из фирм. Но контролировал её Роман.

— Что внутри?

— Оригиналы договоров с Кириллом. Наличные журналы платежей. Копии отчётов по вам. Несколько телефонов.

— Почему они не уничтожены?

— Роман никогда не уничтожал компромат. Он считал его страховкой.

— И дал ключ вам?

— Я оформлял доступ.

— Почему отдаёте?

Павел посмотрел на меня.

— Потому что вчера он передал через адвоката записку.

— Какую?

— Потребовал найти человека, который войдёт в доверие к Артёму и подложит ему в машину оружие.

Я перестала дышать.

— Зачем?

— Чтобы связать Лаврова с нападением на базу и представить его организатором преследования Романа.

— Это безумие.

— Это план.

— Записка у вас?

— Нет. Я уничтожил.

— Тогда откуда мы знаем, что вы не придумали?

— Не знаете.

— Ключ может вести в пустую ячейку.

— Может.

— Почему не пошли к Берестову?

— Потому что тогда меня задержат.

— Вас всё равно задержат.

— Если отдам информацию вам, вы можете договориться о моём статусе свидетеля.

Я почти рассмеялась.

— Вы думаете, я управляю следствием?

— Роман считал, что вы управляете всеми, кто вам помогает.

— Потому что сам видел помощь только как подчинение.