Книга Ты ушёл. Но не отпустил, страница 71 – Саша Вельская

— Документы, свидетели и его собственные ошибки.

— Он не ошибается.

Мы с Тамарой Леонидовной одновременно посмотрели на неё.

— Все ошибаются, — сказала адвокат. — Вопрос в том, кто первым перестаёт считать человека непобедимым.

Валерия опустила глаза.

— Я сохранила одну переписку.

Она открыла телефон.

Сообщения Романа Кириллу.

«Проверить сад. Список лиц, имеющих право забирать».

«Лавров: найти уязвимости».

«Нужна фиксация ночного посещения».

«По Инге подготовить основания расторжения».

И последнее:

«После экспертизы дети остаются у меня. Подготовить охрану и отдельный вход. Веру не пускать».

Тамара Леонидовна сфотографировала экран специальным приложением, фиксирующим дату и метаданные.

— Оригинальный телефон не теряйте.

— Он может удалённо стереть данные.

— Отключите от сети.

Валерия выключила устройство.

— Этого хватит?

— Для немедленного изменения порядка общения — возможно. Для уголовного дела — пока нет.

— Что вам нужно? — спросила я.

— Доказательство незаконной слежки, угроз, давления на свидетеля, подделки материалов или похищения детей.

Последнее слово заставило меня вздрогнуть.

— Он ещё не похитил их.

— Именно. И лучше, чтобы не похитил.

— А если попробует?

— Тогда не играйте с ним сами. Сразу полиция.

— Они скажут, что он отец.

— После официального определения места проживания и ограничения порядка ситуация будет иной.

— Вы добьётесь ограничения?

— Подадим ходатайство завтра.

— До выходных?

— Постараемся.

Снова не обещание.

Но теперь я не требовала невозможного.

— Валерия должна где-то жить, — сказала Инга.

— У сестры, — ответила она.

— Завтра купим билет.

— По моему паспорту Роман узнает.

— Поедете поездом с пересадкой.

— Это звучит как побег.

— Так и есть, — сказала Инга. — Только не романтический.

Я посмотрела на Валерию.

— Ты уверена?

— Нет.

— Тогда почему делаешь?

Она сняла с запястья тонкий браслет.

Тот самый, который виднелся на фотографии из машины, когда Роман увозил детей в Сочи.

Положила на стол.

— Он подарил его после нашей первой ночи.

В комнате стало тихо.

— Сказал, что со мной впервые за много лет чувствует себя свободным, — продолжила она. — Теперь понимаю: свободным он чувствует себя только рядом с человеком, который ещё не знает правил.

Она сдвинула браслет от себя.

— Я больше не хочу их учить.

Мама забрала близнецов к себе.

Они считали, что ночёвка нужна потому, что у бабушки новый мультфильм и гора блинов. Я не стала говорить о Валерии, полиции и ходатайствах.

Впервые за долгое время квартира осталась совершенно пустой.

Я вернулась после встречи около десяти.

У булочной никого не было.

Артём не писал весь день.

Я сама попросила его не появляться во время проверки, но теперь отсутствие ощущалось как закрытая дверь.

В квартире было тихо.

Я включила свет, проверила окна, замки, камеры.

Открыла ноутбук.

Пыталась работать.

Через двадцать минут поняла, что рисую одну и ту же линию.

Телефон лежал рядом.

Я набрала сообщение Артёму:

«Дети у мамы».

Стерла.

Написала:

«Валерия ушла от Романа».

Стерла.

Наконец отправила:

«Я не боюсь сегодня».

Ответ пришёл через минуту:

«Хорошо».

Я смотрела на одно слово.

Потом написала:

«Но всё равно хочу, чтобы ты приехал».

Он не ответил.

Прошло пять минут.

Десять.

Я решила, что он не приедет.