Книга Ты ушёл. Но не отпустил, страница 77 – Саша Вельская

— Всегда?

Я хотела сказать «всегда».

Но суды, графики и чужие планы уже научили меня осторожности.

Соня почувствовала паузу.

— Скажи не «возможно».

Я прижала её к себе.

— Я сделаю всё, чтобы вы жили со мной.

— Это тоже не «всегда».

Слова ребёнка были точнее юридических документов.

— Я никогда добровольно вас не отдам.

Она задумалась.

— А папа может забрать силой?

Мама отвернулась к окну.

— Нет, — сказала я.

Это была ложь.

Не потому, что Роман имел право.

Потому что сила не всегда выглядела как мужчина, хватающий ребёнка на улице.

Иногда она выглядела как подпись, охранник и автомобиль с закрытыми дверями.

— Не может, — повторила я. — И никто не имеет права.

Соня удовлетворённо кивнула.

Позже, когда дети уснули, мама поставила передо мной чай.

— Тебе нужно поесть.

— Не хочу.

— Это не вопрос.

Я отломила кусок хлеба.

— Ты правильно ответила?

— На что?

— Что он не может забрать силой.

— Я не знаю.

— Тогда почему сказала?

— Потому что ей пять.

Мама села напротив.

— А тебе двадцать семь. И ты тоже иногда нуждаешься, чтобы кто-то сказал: он не может.

— Но он может.

— Только если ты поверишь, что всё решает он.

— Мам, он организовал слежку, сделал ключ, проник в квартиру.

— Докажите и посадите.

Я посмотрела на неё.

— Ты говоришь так просто.

— А что сложного в словах? Сложным будет сделать.

— Даже Тамара Леонидовна пока не говорит об уголовном деле уверенно.

— А я не адвокат. Мне можно быть уверенной без доказательств.

Я улыбнулась.

— Ты ненормальная.

— Семейное.

Телефон завибрировал.

Новое сообщение с неизвестного номера.

На этот раз без файла.

«В 23:00 парковка у старого торгового центра “Орбита”. Приезжайте одна. Телефон оставьте дома».

Я показала маме.

— Нет, — сказала она сразу.

— Возможно, это отправитель.

— Возможно, человек Романа.

— Мне нужны оригиналы.

— Тебе нужны живые дети и целая голова.

— Я не могу бесконечно ждать анонимных сообщений.

Мама забрала телефон.

— Позвони адвокату.

Тамара Леонидовна выслушала и сказала:

— Одна не поедете.

— Он требует.

— Это его проблема.

— Тогда не выйдет.

— Значит, не выйдет.

— А если у него доказательства?

— Доказательства не стоят вашей безопасности.

— Вы сами сказали найти источник.

— Найти не означает беспрекословно выполнять требования.

— Что предлагаете?

— Поедем вместе. Я останусь в машине на расстоянии. Полицию предупредим, но без явного наряда.

— Он может заметить.

— Пусть.

— Телефон оставить?

— Возьмёте второй, выключенный. На месте включите запись.

— А Артём?

— Не сообщайте.

Я посмотрела в сторону гостиной, где он спал на раскладушке рядом с детьми. После больницы мы всё-таки привезли его к маме. Она заявила, что человек с сотрясением не должен оставаться один, а её квартира временно является нейтральной территорией.

— Он узнает.

— После.

— И рассердится.

— Переживёт.

Мне не нравилось скрывать.

Но я знала: Артём не позволил бы мне выйти из машины.

— Хорошо.

В двадцать два сорок мы с Тамарой Леонидовной подъехали к закрытому торговому центру.

Парковка была почти пустой.

Снег лежал тонкой белой коркой. Старые фонари освещали только часть пространства. За зданием темнели гаражи.

— Если через десять минут никто не появится, уезжаем, — сказала она.

— Он может наблюдать.

— Наверняка.

Я вышла.

Телефон оставила в машине, но под курткой работал маленький диктофон.