Книга Немезида Forever, страница 19 – Ирина Шайлина

Я готовила завтрак с обязательным стаканом молока, когда ко мне подбежал Мишка.

— Ко-ко, — сказал он мне и протянул на ладони куриное яичко.

— Умница! — похвалила я, поцеловав его в нос.

Куры начали нестись. Правда, не регулярно, далеко не каждый день. Проверять их самодельные гнездышки было работой Мишки, и он ею гордился. Сначала проверял наличие яиц, потом, если не было дождя, открывал дверь на улицу, выпуская птиц погулять. Они с деловитым видом ковырялись в подмерзшей земле, рядом ходили козы, Мишка, от горшка два вершка их караулил с хворостиной. Вот как я объясню ему, почему одного козленка не стало?

Я вышла со двора и неторопливо направилась к дальнему дому. Его землетрясение повредило сильно. Пройти было невозможно, я карабкалась подобно обезьянке, потихоньку разгребая кухню. Все, что удалось найти, будь то пачка соли, сморщенная картофелина или очередное бревно на дрова, я гордо тащила домой.

Взошла на гребень холма и огляделась. Все по-прежнему было серым. С неба сыпался то пепел, то снег, то лил бесконечный дождь. Река разлилась и захватила наше озеро. Мы и правда оказались на острове, от остального мира нас отделила вода, ширина русла на вскидку была от тридцати до пятидесяти метров. Я покосилась в тусклое небо, где-то в своих недрах прячущее солнце, и понадеялась, что дождь, которого сегодня не было, забудет к нам дорогу. Построить ковчег я не сумею. Все, что было за рекой, терялось в дымке тумана.

Я привычно вздохнула, и хотела было уже идти по своим делам, как вдруг сердце тревожно екнуло. Не веря глазам своим, я вгляделась в водную гладь. Я не ошиблась. На плоту стоял мужчина, и, правя шестом, приближался к острову.

Я бросилась к дому.

— Оля, Ольга мать твою, ты где?

— Да что случилось?

— Хватай топор и ребенка. И прячься скорее! К острову подплывает мужчина. И не спасатель! Оборван похуже нашего.

Я вытащила топор из колоды и рукоятью вперед протянула Ольге. Она заметалась, не зная куда бежать, потом, подхватив ребенка на руки, понеслась к ближайшему полуразрушенному дому. Мишка смотрел на меня из-за ее плеча. Меня по сердцу резануло, каким же серьезным и печальным был его взгляд.

Я вынесла из дома второй топор, за пояс заткнула нож. И пошла встречать гостя. Пусть побережется. За своего Мишку, Немезиду и даже Пузову я порву любого.

Я стояла на холме. Плот ткнулся в берег, мужчина спрыгнул и вытащил его на сушу. Затем выпрямился, на меня глянул и пошел навстречу.

— Чего тебе нужно? — крикнула я и удобнее перехватила топор. — Убирайся вон, тебе не рады!

Мужчина все также неторопливо поднимался на холм, я нервничала. Стискивала зубы и приказывала себе успокоиться. Один раз я сумела защитить себя и своих близких, смогу и сейчас. Мужчина остановился в нескольких метрах ниже меня и вскинул голову, взглянув на меня с улыбкой.

— Гостям не рады? А если я домой? Пустите? — он посмотрел на меня выжидающе, мягко улыбаясь. А я глупо заморгала, совсем как Ольга.

— Семка, это ты? Тебя... не узнать совсем.

— Да и ты, Надь, стала лихой амазонкой. Правда, в тулупе моего деда.

Я рассмеялась и опустила топор. Семка нагнал меня, и мы пошли рядышком.

— Бабушка? — спросил он.

— Сожалею, — покачала головой я. — Здесь никого в живых не осталось. Мы их похоронили на окраине.